Кто то плакал. Виолетта. Почему Виолетта плачет?

– Я осознаю риск, – голос папы был хриплым и отчаянным. – Пожалуйста, сделай всё что требуется, только спаси мою малышку.

Заспорили голоса.

– Я не могу разрешить это, – произнесла женщина.

Недалеко от меня заговорил Фаолин:

– Она умрёт, если ты сделаешь это, Лукас.

– Она умрёт, если я ничего не сделаю.

…

Бип. Бип. Бип.

– Прости меня, микалаех . Я не могу отпустить тебя.

…

Бип. Бип. Бип.

Нежная рука ласково провела по моему лбу. Я поняла, что это мама ещё до того, как она заговорила мне на ухо:

– Мы все здесь, детка. Мы очень сильно любим тебя.

…

Бип, бип, бип, бип, бип…

– У неё остановка сердца!

Бииииииип.

* * *

– Только не опять это место.

Мой голос прозвучал тихо в пещерообразном пространстве. Я развернулась на все триста шестьдесят градусов, но вокруг меня был лишь бесконечный туман.

– Эй? – выкрикнула я. – Здесь есть кто нибудь?

Тишина.

Я начала идти. Туман кружил вокруг моих ног, но моих шагов по земле не было слышно. Казалось, я иду по облаку.

Я умерла?  Разве я не должна была видеть свет или что то, что указывало бы мне куда идти? Меня поразила ужасающая мысль, и я остановилась. Что если я застряла в этом бесцветном, беззвучном месте навечно.

Я продолжила идти. Если такой была загробная жизнь, тогда в этом должно было быть нечто большее, и я собиралась выяснить это. Вряд ли у меня есть дела поважнее.

– Неужели так было сложно повесить несколько знаков, чтобы указать мёртвым, куда им идти? – пробормотала я через несколько минут.

– Ты не мертва.

Я подскочила от звука женского голоса и бросила взгляд налево. Там стояла красивая женщина с длинными, серебристыми волосами. Её добрые серые глаза рассматривали меня с симпатией и толикой печали.

– Я видела вас раньше, – я стала ломать голову, пытаясь вспомнить её, и наконец то до меня дошло. – Я видела вас во сне. Вы разговаривали со мной, но я никак не могла услышать вас.

Она улыбнулась.

– Я думала, мой подарок позволит мне разговаривать с тобой, но выяснилось, что этот дар не влияет на людей.

– Подарок?

– Камень в твоих волосах. Как только ты взяла его у келпи, я почувствовала, что ты будешь той самой, кто поможет восстановить баланс между нашими мирами, – её глаза замерцали. – Тот человек, который готов прыгнуть в воду с келпи ради спасения друга, должен иметь доброе и отважное сердце.

– Аедна? – взвизгнула я, не зная то ли мне бояться, то ли испытывать благоговение. – Я не понимаю.

Она взяла меня под руку.

– Пойдем. Я всё объясню.

Мы начали идти. Складывалось впечатление, что она знала куда идёт, так что я позволила ей вести меня, пока она говорила:

– Ты знаешь, что такое ки'тейн ? – спросила она.

– Священный артефакт, который хранится в вашем храме, – я посмотрела на неё. – Это же не ваше истинное дыхание, так ведь?

Она рассмеялась. Её смех был настоящей музыкой.

– Нет. Я создала камень, чтобы вместить в него часть моей сущности, чтобы обеспечить мир фейри силой, в которой он нуждается для процветания. Есть ещё три камня, но они все хорошо спрятаны и давно исчезли из памяти ныне живущих.

Когда ки'тейн  принесли в твой мир, это ослабило мир фейри. Три других камня смогли поддерживать фейри, но дисбаланс ослабляет их и мой мир.