– Хэй. Ты сделала сложнейший элемент, я был поражен в самое сердце. – Я кладу ладонь на вышеупомянутый орган, пока Эми звонко хохочет.

– Это самый простой элемент для новичков, ты просто не разбираешься в кайтсерфинге.

– Поверь, Эми, я не могу выполнить даже такой элемент, – киваю я со знанием дела. – А потому был сражен.

Эми широко улыбается.

– Ты помнишь про свидание? – хрипло спрашиваю, чувствуя покалывания по телу от одной ее улыбки.

– Да, я помню про свидание. Сложно забыть, когда ты напоминаешь о нем каждые пять минут. – Она прикрывает веки и издает стон. – И до него еще полторы недели. Зачем ты сейчас всё портишь?

Смотрю на Эми и не могу перестать любоваться ею. Убираю волнистую прядь ей за ухо, проводя подушечками пальцев по ее щеке.

– Не нужно так на меня смотреть, – тихо произносит она.

– Как? – улыбаюсь.

– Так. С восхищением. Или что там у тебя в голове. Макс, мы просто занимаемся сексом. Если для тебя это какая-то проблема и ты не можешь без отношений, то лучше все прекратить.

– Ты бы хотела все прекратить?

Когда вопрос вылетает из моего рта, я замираю, ведь боюсь услышать «да», сорвавшееся с ее губ. Слышу, как из ее рта вырывается короткий вздох.

– Я бы хотела, чтобы ты перестал постоянно говорить о том, что мы пара. Мы не пара. Мы едва друг друга знаем.

– Мы очень хорошо друг друга знаем.

– Знали. В прошлом. Но прошло несколько лет, Макс. Я выросла, ты изменился… – Она шумно выдыхает. – У нас хороший секс. Ты можешь не усложнять всё и просто оставить как есть?

Едва заметно киваю. А что еще я могу?

В груди образуется ком. По-хорошему именно так я и должен сделать, чтобы в очередной раз не подрывать ее доверие. Ведь когда закончится тендер, она снова разочаруется во мне.

Но проблема в том, что я все еще люблю ее.

Три года в Сиднее я думал, что все прошло. Пытался забыть ее, постоянно искал ее в других, внушил себе, что любовь к ней осталась в прошлом, но…

Не осталась.

Моя любовь сейчас сидит рядом со мной. Я всегда любил только Эми. И я просто не могу находиться рядом с ней, но не иметь возможности быть ее по-настоящему.

– Завтра вечеринка у костра. Ты пойдешь? – переводит тему она.

– А ты?

– Да, там будут мои ученики, и это наша последняя вечеринка вместе до их отъезда.

– Значит, увидимся там?

– Но нас не должны увидеть вместе.

– Я помню. – На мгновение прикрыв веки, выдыхаю, ведь все это невыносимо.

Она бросает на меня странный взгляд. Будто бы хочет что-то сказать, но почему-то не говорит. И это чертовски сильно тревожит меня. Что, если я ошибаюсь и Эми действительно больше не любит меня и хочет лишь секса?

Если я все еще люблю Эммелин спустя столько лет, то это не означает, что и ее чувства ко мне не умерли в тот день, когда исчез из ее жизни я. Но даже если так, мне нужно, чтобы она вспомнила, что когда-то любила меня, ведь только тогда после тендера у нас будет шанс на совместное будущее.

И это все, что мне нужно. Она.

Это всегда была она.

Закончив с ужином, Эммелин слезает с моих колен, отвлекая меня от мыслей, и подходит к графину с водой, чтобы налить ее в два стакана. Я тоже доедаю гречку и убираю тарелку в раковину. Эми протягивает мне стакан, который я тут же опустошаю.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я, когда она включает воду в раковине.

Она берет губку.

– Ты готовил, значит, я мою посуду.

– Детка, я знаю, что ты не любишь готовить. И предполагаю, что от мытья посуды ты тоже не в восторге. Так что оставь, я все уберу.

– С чего ты взял, что я не люблю мыть посуду? Может, я считаю, что создана для этого? – отбивается она.