– Марина приехала. Помогает мне с салатами, - после небольшой паузы ответила Лера. Она явно не собиралась ставить его в известность, что снова общается с Мариной.

   – Так может, с ней и отпразднуешь свой триумфальный отъезд? - грубо бросил Макс. - Думаю, тебе с ней будет куда веселее, чем со мнoй.

   – Максим! – воскликнула она, но Миронов сбросил вызов и раздраженно швырнул телефон на стол. Тяжело опустившись в кожаное кресло, он расслабил галстук и прижал пальцы к пульсирующим векам. Голова гудела от боли и ңерадужных мыслей. Нельзя возвращаться домой в таком состоянии. Это плохо кончится.

   И, возможно, своим желанием уберечь Леру от своего крутого нрава и избежать беды он сделал только хуже. Но он уже распознавал признаки приближающего срыва. Напряжеңие в мышцах, дрожащие руки, хаотичные мысли, двоение в глазах, перепады настроения,тяжелое дыхание. Ничего хорошего все эти симптомы не предвещали.

   Миронов не поехал домой сразу после окончания рабочего дня, а отправился с Вадимом в бар на Кутузовском проспекте, чтобы отвлечься и выпустить пар. Он не употреблял алкоголь черт знает сколько времени. И не только потому, что после случая, когда его три дня с травмой головы продержали на холоде, врачи запретили спиртное даже в минимальных дозировках. Он и сам не испытывал никакого желания снова ощутить помутнение рассудка, а потом тяжелое утреннее похмелье. И сейчас не собирался. Но на душе было настолько тошно, что он не удержался и выпил сто грамм «Джека Дениелса», а потом еще. Вадим наблюдал за ним осуждающим взглядом и старался не лезть с вопросами, прекрасно зная, чем это может закончиться.

   – Не смотри на меня, как на отъявленного подонка, – хмуро бросил Миронов, опрокидывая в себя еще одну порцию виски.

   – Нужен ты мне, - небрежно повел плечами Казанцев, откидываясь на спинку стула и подмигивая яркой брюнетке за столиком напротив. – Вон,тут экземпляры посимпатичнее будут, – ухмыльнувшись, добавил Вадим. – И точно поприятнее в общении.

   – У тебя каждый день новый экземпляр, – проведя рукой по взъерошенным волосам, устало произнес Макс, бегло скользнув взглядом по девицам за соседним столиком, которые явно не прочь пересесть к ним. Достал из пачки сигарету и закурил, выпуская сизые клубы дыма.

   – Завидуешь? - спросил Вадик, тоже потянувшись за сигаретой.

   – Было бы чему. Что я, баб не видел, что ли? - Миронов плеснул себе еще. - Выбрал бы одну уже. Мало ли заразы всякой.

   – Обижаешь, – усмехнулся Вадик. - Я не только за количество, но и за качество.

   – Ну да, ну да. Вон, у тебя Марина – качество супер. Этому дала, этому дала,и вот этому тоже.

   – Да врет она все. Пятьдесят процентов из того, что говорит Смирнова, можешь смело вычеркивать.

   – Α то я ее слушаю. Это она Лере поет, а не мне. Я один раз только краем уха услышал, как она отпуск провела. Хватило.

   – Не наше это дело, Макс. На тебя вообще не похоже. Баб обсуждать. Ты напился уже, что ли?

   – Меня раздражает, что она сейчас моей жене плетет всякую херь в уши, пока я тут сижу. Не было ее,и жили спокойно.

   – Нашел виноватую. Я вот наблюдаю за тобой давно. Знаешь, Миронов, у тебя странная тенденция. Всех, кто к вам с Лерой приближается ближе, чем на десять метров, выставлять крайними в ваших же проблемах.

   – Это ты, видимо, перебухал. Мерещится уже.

   – Ничего подобного, - возразил Вадим. - Начнем с твоих родителей. Они на спектакли к ней ходили? Ходили, а ты возмущался : Какого хера они Леру поощряют.