– Иди ты, Казанцев, – беззлобно махнул рукой Миронов, даже не обидевшись. А на что обижаться? Вадик прав. Так и есть. Каждого, кто на территорию, которую Макс очертил как собственную, вступает, автоматически под расстрел попадает. Видимо, есть в нем немало от родителей, которые сидят в своей квартире, как в крепости, и никого им не надо. Вдвоём счастливы. Дерутся, любят друг друга. Все довольны. Ни дети не нужны, ни внуки.

    А ему нужны? Дети? Черт, никогда об этом не думал. А, может, стоило. Бросила бы Лера свой театр, если бы он ей ребеночка сделал?

   Бл*дь, самому тошно стало от зашкаливающего эгоизма своих мыслей. Нельзя так. Дети, они не орудие, не способ удержать, не виноваты в заморочках взрослых, они в любви, долгожданными рождаться должны. А не так, спонтанно, по прихоти.

   – Уезжает она, Вадим. Надолго, - выдохнул тяжело, выпустив струю дыма прямо в лицо друга. Тот поморщился, руками смог разогнал.

   – Отличный ты повод выпить нашел, - отозвался Казанцев. - Уедет. Вернётся. Порадуйся за нее. Мечта сбылась.

   – Не могу я радоваться. Не место ей там. Ладно, провинциальный небольшой театр. Играла бы себе маленькие роли. Как хобби. Я не против. Но ей же слава нужна,известность. А знаешь, чем за нее платят, за славу, за успех?

   – Ты насчет своей жены можешь не волноваться. Любит она тебя, идиота.

   – Любит, говоришь, - горькo усмехнулся Миронов. – Любила бы, не уехала.

   – Ты не прав сейчас, - заявил Вадик.

   – Всегда я не прав, - тряхнул головой Максим.

   – Это ревность и собственнические чувства. Подумай о Лере. О том, сколько она шла к успеху.

   – Зачем он ей? - ожесточенно спросил Миронов. - Она же дальше идти захочет. Говоришь, не о чем беспокоиться. Ошибаешься. Она, может, и не такая, как остальные, кто за роль, за протекцию на все пойдет. Но ситуации разные бывают. Могут же и не спросить. Она одна там будет. И защитить некому.

   – Тут соглашусь, – задумчиво кивнул Вадик. – Театральные нравы, все эти зажравшиеся режиссеры, продюсеры. Для них новая актриса – это так, легкая добыча. Лера у тебя не то, чтобы наивная – она ранимая такая. В добро верит. Плохого от людей не ждет. Ты потому и вцепился в нее. В ней как раз есть все, чего в тебе не хватает.

   – Я не знаю, как ее убедить бросить эту долбаную сцену.

   – Не получится. У нее талант, – вздохнул Вадим. – Как тут отговорить, если душа жаждет?

   – Надо подумать, Вадик. Вариант должен быть. Пусть она съездит на этот конкурс, потешит свое самолюбие. Порадуется, что все у нее получилось, как мечтала. А потом надо пресекать, иначе добром не кончится.

   – Зная тебя… – настороженно глядя на друга, протянул Вадим. – Точно не кончится… хорошим.

   – Посмотри на меня. Похож я на мужа актрисы, которая хвостом по всему миру виляет в сопровождении толпы безумных фанатов?

   – Нет. Ты точно не похож, - усмехнулся Вадим. - Даже я бы так не смог. Если только следом ездить, но это обоим надоест. Чтобы понимать ее, надо обоим быть из одной сферы. А не так, что ты, блин, работяга, а она актриса.