От зловония плавившейся пластмассы хотелось крепко сжать губы и задержать дыхание, но Бэленджер все же заставил себя подавить отвращение и поспешно сорвал ленту с плеч. Затем он согнулся, расплавил ленту, крепившую к креслу его лодыжки, и нетвердо поднялся на ноги. Не переставая напряженно прислушиваться к звукам, доносившимся с лестничной клетки, он потянулся за осколком стекла, но тут же заметил нож среди имущества, выброшенного из рюкзаков. Конечно, решил он, у этих отморозков было куда больше ножей, чем им требовалось. Кто-то из них решил освободить место для еще нескольких монет. На спиральной лестнице послышалось эхо шагов.

Бэленджер кинулся к Винни и несколькими движениями разрезал ленту на его плечах, запястьях и лодыжках. Шаги продвигались все выше и выше. Винни подхватил с пола осколок стекла и бросился к Коре, а Бэленджер подбежал к Аманде. Двое мужчин поспешно резали ленту, чтобы освободить женщин.

Раздался треск разряда молнии, предварявший оглушительный раскат грома. В беззвучном промежутке опять прозвучали приближавшиеся шаги. Неторопливые и размеренные, они заставили Бэленджера представить себе человека, который идет с расчетливой осторожностью из-за нездоровья. Или же он пьян. Или пребывает под действием наркотиков. Или он ведет себя так из-за того, что полностью уверен в исходе эндшпиля и не видит необходимости спешить.

Кора и Аманда освободились от остатков липкой ленты и поднялись с кресел. Бэленджер заметил молоток, который Тод швырнул на кучу выброшенного имущества. Он бросил его Винни, а сам остался с ножом, изготовившись для удара.

— Выключите фонари на шлемах.

Теперь в комнате светили только свечи. Бэленджер сосредоточился на черном зеве лестничной клетки.

Медленные шаги все приближались. Размеренные. Уверенные. Показалась темная тень. Бэленджер изготовился к нападению. Человек шел, широко размахивая рукой вверх и вниз. В руке был пистолет. Но человек никуда не целился. Он пользовался пистолетом, как слепой — своей тростью, проверяя, что находится перед ним. Показалась голова. Очки ночного видения. Лицо и бритый череп, покрытые татуировками. Тод. Именно он появился с лестницы. Его наглое высокомерие сменилось явственно видимым потрясением. При свете свечей Бэленджер разглядел, что парень залит кровью.

— Слава богу. — Тяжелой походкой, покачиваясь от тяжести золотых монет, набитых в рюкзак и карманы, волоча ноги, он вышел из потайного прохода, игравшего роль лестничной площадки. — Нам нужно держаться вместе. Без взаимной помощи мы никак не обойдемся.

— Вы ранены? — спросил Бэленджер. — Кровь...

— Это не моя. — Тод вскинул голову на звук плеска дождевых струй из темноты за открытой дверью. — Нет... Господи! Нужно скорее все закрыть. Завалить всяким дерьмом. Скорее. Времени нет ни шиша! Закрывайтесь! Живо! Я буду охранять лестницу. Пристрелю любого, кто сюда сунется!

Но даже в дрожащем свете свечей было видно, что затвор пистолета сдвинут назад. А это значило, что магазин пуст.

— Дай-ка его мне, — сказал Бэленджер.

— Он мне самому нужен.

— Ты расстрелял все патроны.

— Что?

— У тебя пустой магазин.

— Как так — пустой?

— Винни! Аманда! — крикнула Кора. — Помогите закрыть дверь!

Втроем они снова закрыли дверь и быстро привалили к ней мебель.

— Запасной магазин, — сказал Бэленджер, обращаясь к Тоду. — Где запасной магазин?

Тод, впавший в какое-то подобие транса, продолжал пялиться в шахту, куда уходила винтовая лестница.