— За его согласие писать мой портрет я отдала бы все богатства, что хранятся в вашей сокровищнице, — заметила она словно про себя.

— И тем не менее я могу предложить вам любую вещь, кроме той, о которой вы просите, — услышала она ответ Лодовико.

Изабелла обернулась к нему. Пляшущие искорки в его глазах, которые она помнила с их последней встречи, погасли. Изабелле показалось, что в его глазах сестры поменялись местами: теперь Изабелла казалась Лодовико моложе, а Беатриче старше и мудрее. Неужели ожидание ребенка так меняет женщину?

— Не стану лукавить с вами, маркиза. — Официальный тон Лодовико подсказал Изабелле, что со всякой близостью между ними покончено навсегда. — Я обсуждал этот вопрос с женой. Она не хочет, чтобы все вокруг думали, будто я влюблен в вас.

— Но ведь magistro может нарисовать ее первой!

Внизу живота Изабелла ощутила пустоту: подумать только, недавно она сама отговаривала от этого сестру!

— Беатриче не хочет позировать magistro. Ей неприятно равняться с моими любовницами.

Чтобы не упасть, Изабелла оперлась рукой о стол. Как могла она вести себя так глупо, так жестоко? Теперь Господь наказывает ее за грехи, и поделом.

Однако Изабелла не собиралась сдаваться. Портрет кисти magistro — не жемчужное кольцо или античная ваза. Отказавшись от него, она откажется от бессмертия. Но в эту минуту Изабелле казалось, что она увязла в центре паутины и наружу уже не выбраться.

— Вам нездоровится, Изабелла.

Лодовико по-отечески коснулся ее руки. Куда девалась его былая страсть? Изабелла почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

— Что же делать?

— Пока ничего. О нас и так болтают много лишнего. Как ни стараюсь я заводить друзей, но все время обнаруживаю, что окружен врагами. Я не могу допустить, чтобы к моим недругам прибавилась жена.

Лодовико попытался смягчить боль, которую причинил Изабелле в сокровищнице, щедрым подарком.

— Сшейте себе что-нибудь прелестное.

С этими словами он преподнес ей рулон золотой парчи. Затем Лодовико поцеловал Изабеллу в лоб. В лоб! Он взял ее руки в свои и с прежним воодушевлением принялся убеждать ее, что она должна быть терпеливой. Однако в подробные объяснения Лодовико вдаваться не стал, предоставляя Изабелле возможность гадать, что он имел в виду.

На следующий день Изабелле пришлось испытать еще большее потрясение. Спустившись к обеду, она обнаружила за столом красивую светловолосую даму — с нежным профилем, соблазнительными формами и проницательными глазами, зелеными, как море. Женщина смеялась, глядя, как Беатриче забавляется с живым и подвижным малышом. Несмотря на то что с того времени, когда дама позировала magistro, прошло десять лет, Изабелла сразу узнала Цецилию Галлерани и ее сына, который унаследовал от отца темно-каштановый цвет волос и пухлые губы.

Изабелла не знала, как относиться к появлению бывшей любовницы Лодовико за одним столом с его женой, которая преспокойно раскачивала на колене его незаконнорожденного сына. Беатриче с самым естественным видом протягивала малышу сладости и шумно восхищалась семейным сходством.

— Он унаследовал рост Лодовико, — радостно заявляла Беатриче, словно ничто в мире не могло порадовать ее больше, чем то, что ублюдок Лодовико уродился высоким.

Весь обед Изабелла держалась неестественно тихо. Она залпом осушила три бокала белого вина из южных виноградников Лодовико, вежливо отвечала на вопросы Цецилии, про себя поражаясь переменам, произошедшим в семействе Сфорца. После обеда Беатриче заявила, что хочет вздремнуть, и Изабелла решила воспользоваться возможностью поболтать с бывшей любовницей Лодовико. Она предложила Цецилии прогуляться по недавно разбитому парку к западу от Кастелло.