— Заткнись! — велел Несвицкий. — Не то возьму за ноги, подтащу до края крыши, где и отпущу. В полет…

Слав замолчал, а вскоре на крышу выбрались и контрразведчики — двое офицеров с Яровым. Подняв задержанного, помощники майора его споро утащили, развязав ему шнурки и заменив ремень наручниками. Пистолет и документы задержанного Николай отдал Яровому.

— Как все случилось? — поинтересовался контрразведчик, когда они спустились в двор к машине.

— Выглянул в окно и заметил ствол над краем крыши, — начал Николай легенду. Сообщать, что он летает и имеет кокон, Несвицкий не хотел. Припашут, демоны! Это ж контрразведка… Ему работы и без того хватает. — Глаз у меня наметанный, сразу понял, что не штырь. Во-первых, раньше его не было, а, во-вторых, труба глушителя — ее ни с чем не спутаешь. Переоделся в черное, чтоб не разглядели в темноте, нашел подъезд, вход на чердак, забрался, задержал. Так, вкратце.

— Разглядели ствол винтовки? В темноте, за сотню метров? — засомневался Яровой.

— Луна на небе, — пояснил Несвицкий. — Снег на парапете крыши. Черное на белом.

— Скрываете вы что-то, — буркнул контрразведчик.

— А хоть бы так, — пожал плечами Николай. — К результату есть претензии?

— Что вы, Николай Михайлович! — воскликнул Яровой. — Спасибо вам за помощь. Возможно ошибаюсь, но, похоже, вы задержали значимую личность из славских террористов. Был у них такой по кличке Мельник. Не один теракт осуществил — десятки жертв и покалеченных. Любил взрывать заложенные им мины, а вот с винтовкой раньше не работал. Возможно, и не он.

— Разберетесь, — пожал плечами Николай.

— Я позвоню вам завтра, — пообещал майор. — Сообщу подробности.

Слово он сдержал.

— Николай Михайлович, — начал, поздоровавшись. — Заговорил ваш террорист! Короче, это Мельник. Большую рыбу вы поймали. Есть ряд подробностей, которые нельзя доверить телефону. Загляните к нам, когда освободитесь.

Несвицкий заглянул.

— Приказ на вашу ликвидацию отдал лично начальник Главного разведывательного управления Славии, — начал контрразведчик. — Он прибыл в прифронтовой поселок, где ждет отчета диверсанта. Небывалый случай, учитывая паталогическую трусость этой мрази. Это в Борисфене он герой, где любит красоваться перед телекамерами, вещая, как они уничтожают сепаратистов. Патроны, которые нашли у Мельника, зачарованные. Подготовились солидно — вдруг у вас защитный кокон? Это означает, что операция для них важна. Есть и другие обстоятельства. Мельнику за ваше устранение пообещали пятьдесят тысяч экю и немецкое гражданство, что позволяет нам предположить: за неудавшимся терактом стоит Германия. Мы кое-что тут выяснили: у уничтоженного вами чернокнижника есть влиятельный отец, Герхард фон дер Ляйнен. Генерал, член Бундестага, к тому же человек не бедный. Скорей всего, он и заказал убийство. Это означает, что попытка устранить вас повторится. Увы, но это так, — Яровой вздохнул. — Что будем делать, Николай Михайлович? Приставить к вам охрану? От пули снайпера она не защитит. Есть вариант поселить вас в госпитале и запретить вам покидать его.

— А они заложат бомбу и взорвут, — сказал Несвицкий. — Из-за меня погибнут люди.

— Выставим там пост из полицейских. Не позволят пронести.

— Не справятся, — вздохнул Несвицкий. — Ежедневно в госпиталь завозят много грузов. Продукты и белье, медикаменты, оборудование… Все не осмотришь и не проверишь.