– Я так и думал, – ответил он тоном, не выдавшим никаких эмоций. Хотя и не ожидай, что графиня будет так проста в общении и не станет кичиться статусом записной красавицы. Не было в Англии человека, который не знал бы ее по фотокарточкам, которые в огромных количествах продавались по всей стране. – Кстати, вы совершенно правы, «немало утомлен» – это еще слишком мягко сказано о моем нынешнем состоянии. Завтра рано утром мне предстоит участвовать в парусных гонках, и я бы предпочел немного поспать вместо того, чтобы наблюдать за тем, как все вокруг напиваются до положения риз.

– Действительно, шампанское льется рекой, но Берти так рад своей победе. В особенности после того, как проиграл своему племяннику в прошлом году.

– Вили  получил сегодня по заслугам. Его следовало дисквалифицировать за то, что на повороте он едва не снес нам нос. Хотя в настоящий момент это уже вряд ли имеет значение. Единственное, что меня сейчас волнует, – это как улизнуть с вечеринки. К завтрашнему утру мой экипаж должен быть в форме, а значит, всем нам необходим отдых.

– А вас там действительно ждут? – спросила графиня с еле уловимой хрипотцой в голосе, выдавшей безотчетное стремление к флирту. – Присцилла, по всей видимости, этого не знает.

Хотя Кит Брэддок всерьез называл своих спутниц «экипажем», по уверениям досужих людей, в действительности речь шла о небольшом гареме на борту яхты, чьей задачей было скрашивать досуг хозяина во время долгих странствий по свету.

– Она слишком молода для того, чтобы знать это, – невозмутимо ответил он, – а слухи, по всей видимости, сильно преувеличены.

От графини не укрылась двусмысленность его слов, но, повинуясь правилам хорошего тона, она обронила:

– О, конечно, какие могут быть сомнения…

Эта реплика относилась в равной степени к обеим частям его ответа. Графине приходилось жить по законам мужского мира, и, несмотря на баснословное личное состояние, дававшее ей гораздо большую свободу по сравнению с другими представительницами прекрасного пола, даже Анджела де Грей порой вынуждена была, подавляя внутренний протест, смиряться с мрачным постулатом: то, что может позволить себе мужчина, далеко не всегда позволительно женщине.

– Итак, каким будет наш следующий шаг? – чуть насмешливо прозвучал низкий голос Кита.

– Не уверена, что должна заплатить за свою хандру сломанной ногой, – с милейшей невозмутимостью парировала она насмешку, поднявшись со стула и шагнув по направлению к балюстраде. Глянув вниз, на вьющиеся розы, Анджела без труда представила себе, что произойдет, если она упадет с такой высоты. – А вы достаточно сильны? Очень надеюсь, что да, – быстро заключила она, села на перила и, шурша юбками, плавно перебросила ноги через перила. – Что ж, господин Брэддок, – добавила графиня, придав своим словам восхитительную протяжность и оглянувшись на него через обнаженное плечо, – похоже, вы и есть тот самый единственный человек, у которого хватит сил спасти нас обоих от невыносимой скуки этого вечера. Во всяком случае судя по вашему виду.

«Интересно, сколько же ей лет?» – Кит внезапно поймал себя на этом вопросе. Сидя на перилах и напряженно расставив руки, чтобы сохранить равновесие, она выглядела совсем молодой. Мысль о ее возрасте, не просуществовав и секунды, ушла, показавшись неуместной. Разве могло это иметь сейчас хоть какое то значение? Он сам не заметил, как ответил на ее улыбку, которая до него обворожила несчетное количество мужчин. С того самого момента, когда крохотная «Ангелочек» Лоутон улыбнулась из колыбельки дедушке и старый виконт Лоутон расчувствовался до такой степени, что решил не упоминать в завещании своего беспутного сына, оставив все состояние очаровательной внучке.

– Подождите, – сказал Кит, встревоженный одновременно ее позой и теми чувствами, которые вызывала в нем колдовская улыбка графини.