После того как деревенские судьи и члены местного совета произнесли приветственные речи – краткие и сбивчивыe, – принц и его гости смогли наконец погрузиться в привычную атмосферу аристократического клуба и насладиться в полной мере скачками. В течение дня Анджела и Кит часто оказывались рядом – то на соседних скамьях во время бегов, то в одной группе собеседников, то во время обеда, когда все стояли тесной толпой, наслаждаясь изысканной едой, привезенной на пикник виконтом Мортоном.

Из за жаркой августовской погоды Анджела надела платье из муслина с рисунком цветов примул. В этом простом наряде она показалась Киту еще прекраснее. До этого он видел ее только в вечерних платьях, в которых каждая деталь говорила, что вышли они из рук прославленных портных. Что же касается ее сегодняшнего наряда, да еще в сочетании с широкополой соломенной шляпой, то он скорее выглядел изделием деревенского мастера. Другие леди в отличие от графини были одеты с излишней пышностью. Их тяжелые шелковые туалеты смотрелись в высшей мере неестественно на деревенском приволье.

Открытием для Кита было и то, что Анджела оказалась страстной болельщицей. Скачки доставляли ей истинное наслаждение, да и на хороших лошадей глаз у нее был наметан. Она не скупясь делала ставки. Поначалу это его удивило, хотя по зрелом размышлении Кит пришел к выводу, что удивляться тут нечему. Графиня демонстрировала завидную уверенность в себе, чего нельзя было сказать о большинстве женщин ее круга. Должно быть, именно эта черта характера привлекала его в ней больше всего.

Светское общение с людьми, столпившимися в тесной ложе, дало и Анджеле возможность узнать много нового о Ките. Ему совсем недавно исполнилось тридцать лет, и его миссия в Англии заключалась в поисках невесты. Впрочем, он тут же уточнил, что предпринял эту поездку на берега Альбиона исключительно с целью угодить своей матушке. Подобрал ли он себе невесту, так и осталось неясным. Унаследовав от отца крупное состояние, Кит за последние десять лет сменил уже пять морских судов. Одни привлекали его повышенной быстроходностью, другие – лучшей конструкцией. Случалось, правда, и так, что его яхта становилась добычей свирепого шторма, и тогда приходилось приобретать новую.

Больше всего любил он воды Южно Китайского моря. Его повествование о плаваниях в тех местах было столь поэтичным и красочным, что графиня поймала себя на желании самой отправиться туда под парусом. Но в первую очередь в рассказах Кита графиню привлекала поэзия скитаний, столь не похожая на скуку ее собственной жизни, наполненной спокойными и размеренными развлечениями, которые уже начинали вызывать у нее раздражение своей пустотой и бесцельностью.

Находясь рядом с ним и даже удаляясь, она все время ощущала исходящую от него жизненную силу, которая действовала на нее столь же завораживающе, как и его особая, какая то лихая красота. Его движения были обманчиво томными, однако выдавали огромную внутреннюю энергию. Вся гальваническая мощь будто воплотилась в этой врожденной звериной грации. Прекрасно сшитые специально для аристократических загородных прогулок наряды из твида и саржи не могли скрыть пиратской дерзости его облика. Даже отдыхая, он, казалось, с трудом сдерживал рвущееся изнутри стремление к действию, и Анджела не раз задавала себе вопрос о том, на какие славные подвиги способен Кит Брэддок, когда ему не приходится быть столь сдержанным.

Однако графиня быстро уверила себя в том, что подобные размышления были чисто умозрительными.