|
Это было бы совершенно неуместно. Такой незначительной персоне, как я, не место за столом, где собрались благородные леди. – Француз кивнул в сторону Трембл и Сесил. На нем был парчовый камзол – захваченный с испанского фрегата трофей, – который не постыдился бы надеть сам испанский король. На тщедушном Месье камзол сидел довольно скверно, но зато ткань так сверкала и переливалась, что больно было глазам.
Такого предательства Блу не ожидала. Она была готова сама себе стряпать и есть у себя в комнате, лишь бы не разлучаться с Месье, а он трусливо капитулировал. – Ты жалкий слизняк, – прошипела она. – Но все же я хочу видеть здесь твою задницу. Можешь кланяться и расшаркиваться, сколько тебе угодно, но ты не слуга, черт тебя побери, чтобы прятаться под лестницей! – Как тебе не стыдно?! – возмутился Месье. – Что за выражения?! Можно подумать, тебя ничему не учили. – Он покраснел и бросил виноватый взгляд на леди Кэтрин. – Будь любезна, извинись и разговаривай, как положено. – Ты ничтожный червяк, – процедила Блу сквозь зубы. – Делай то, что я тебе говорю. Но Месье отрицательно покачал головой, и огонь в глазах девушки потух. Что же ей, теперь остается, если даже Месье ее предал? Внезапно Сесил оттолкнула от себя тарелку и знаком приказала мистеру Апплу подкатить ее кресло к Блу. Взгляд голубых глаз девушки был непривычно твердым. Вскинув голову, она посмотрела на мать, а затем – на маленького француза. – Мы с сестрой решили устроить бунт, Месье. – Все смотрели на Сесил как завороженные. – Да-да, пока вы не согласитесь оказать нам честь и не присоединитесь к нам за этим столом, мыс сестрой не станем ужинать. Блу в изумлении таращилась на девушку. Леди Кэтрин и тетушка Трембл были поражены еще больше; они смотрели на Сесил так, будто та вдруг лишилась рассудка. Щеки Сесил вспыхнули, и Блу заметила, что ее тонкие руки, судорожно сжимавшие подлокотники кресла, дрожат. Но взгляд девушки был по-прежнему тверд. После минутного колебания леди Кэтрин изобразила улыбку. – Хорошо, вы будете ужинать с нами, Месье. Но только в этот раз. – Да, конечно. – Тетушка Трембл всплеснула руками, и над скатертью сверкнули ее массивные кольца. – Ведь все равно нас никто не видит, не так ли? Лицо Месье исказилось гримасой. – О нет, нет, благодарю вас от всего сердца за ваше великодушное предложение. Это огромная честь для меня, но я не могу. Я? За столом ее светлости? О Боже, нет. Сесил коснулась руки француза и еще больше покраснела. – Вы хотите лишить нас ужина, Месье? Неужели мы вам настолько безразличны? – Господи! О Боже! – Месье в волнении утер лоб, и на его плечи посыпалась пудра с парика. Перехватив ледяной взгляд леди Кэтрин, он пробормотал: – Ну, только на этот раз. – Опустившись на стул, который услужливо пододвинул ему мистер Аппл, Месье бросил виноватый взгляд на дворецкого и повязал салфетку. – Спасибо, – сказала Блу, обращаясь к Сесил. Та ласково улыбнулась в ответ, и мистер Аппл покатил ее кресло к столу. Усевшись за стол, Блу с удивлением взглянула на сестру. Сесил была необыкновенно хороша в эту минуту – волнение придавало особую прелесть ее нежной красоте. Наконец все приступили к ужину, и Блу мысленно поблагодарила Герцога за то, что он научил ее пользоваться вилкой. Ей всего дважды пришлось взять рукой еду с тарелки и наколоть на зубья, прежде чем сунуть вилку в рот. Когда пауза в очередной раз затянулась, Блу обратилась к Сесил: – Почему ты не можешь ходить? К удивлению Блу, леди Кэтрин тяжко вздохнула, а тетушка Трембл тихонько ахнула. |
