– Как тяжело иметь такую тонкую и чувствительную натуру, – пожаловалась тетушка Трембл. – Я прослушала все самое интересное, не так ли?

– Вы обе ведете себя просто отвратительно! – возмутилась леди Кэтрин. – Почему вы ее защищаете?

– А почему тебе обязательно надо на нее нападать? – мягко возразила Сесил.

Леди Кэтрин с негодованием посмотрела на дочь, и ее плечи поникли.

– Дорогая Сесил, надеюсь, ты не позволишь, чтобы это создание стало между нами.

– Мне она очень нравится. Это «создание» – моя сестра, мама.

– Это чудовищная ошибка, о которой я буду жалеть до конца моих дней, – с горечью прошептала Кэтрин. Прошлое, которое, как ей казалось, осталось далеко позади, неожиданно напомнило о себе и решило отомстить, грозило покрыть позором имя леди Паджет и разрушить ее жизнь.

Блу крепко стиснула руки и стала в самом центре гостиной, чтобы случайно не задеть и не разбить какую-нибудь безделушку леди Кэтрин. Когда-то она задумывалась: зачем нужны всевозможные статуэтки, вазочки и покрытые разноцветной эмалью шкатулки, которые Бо Билли скупал, а затем продавал на мысе Гаттерас? Теперь Блу получила ответ на этот вопрос – во всяком случае, про вазы она все узнала.

– Пытаться поддержать разговор в этом доме – все равно что идти без оружия по полю сражения в самый разгар битвы, – проворчала Блу. – Никогда не знаешь, в какой момент в тебя пальнут из пушки. А то какой-нибудь мерзавец влепит тебе заряд прямо в незащищенный бок. – Блу запрокинула голову и закусила губу, глядя на украшенный херувимами потолок. – Ну почему нельзя было спросить про несчастный случай с Сесил?

– Понятия не имею. – Месье в растерянности пожал плечами. Взяв с каминной полки статуэтку из слоновой кости, он повертел ее в руках, внимательно рассматривая сквозь очки, затем изрек: – Даже на Морганз-Маунд эта вещица стоила бы целое состояние.

– От нас ожидали, что мы станем притворяться, будто Сесил вовсе не прикована к своему креслу? Замечать очевидное – значит вести себя грубо? – Блу в возмущении всплеснула руками, но тут же поспешно сложила их на животе..

– Я даже не знаю, что сказать, – в смущении пробормотал Месье. Достав кружевной платок, он утер лоб и добавил: – Я подвел и тебя, и твоего отца. Здесь для меня так много всего незнакомого…

Блу окончательно пала духом. Тяжко вздохнув, она прошептала:

– Я хочу вернуться на Морганз-Маунд. Я ненавижу этот дом. Неужели мы не можем отсюда сбежать?

– Нет, пока ты не превратишься в настоящую леди. У нас нет выхода. Мы обречены.

– Что?.. – Блу резко подняла голову и уставилась на Месье. Потом на губах ее вдруг появилась улыбка. – Выходит, что мы сможем отсюда выбраться, как только я стану леди? И при этом совершенно не важно, стану ли я леди на самом деле, верно? Мне просто нужно научиться притворяться. Я должна походить на леди, вот и все.

Месье взглянул на девушку с надеждой.

– Значит, ты будешь вести себя так, как требует леди Паджет?

– Я подошла к делу не с того конца, теперь я это ясно вижу. Я решила скрестить шпага с леди Кэтрин, а надо было вместе с ней крепко держаться за мачту. Только так и можно попасть домой, Месье. – Блу хотелось плясать от радости, но в шикарной гостиной леди Паджет это было бы слишком рискованно. – Что ж, теперь я знаю, что делать! Скоро со всем этим будет покончено, и мы поплывем домой!

– Но ведь тебе это было известно с самого начала, Блузетт, разве не так?

– Нет-нет, я только сейчас все поняла! – Блу слишком много думала о своей матери, переживала и обижалась, вынашивала планы мщения.