Вероятно,так оно все и есть. Вероятно,так и следует поступить. Пора уже отрезать эти свои чувства, ампутировать, оторвать от себя и забыть. Леди Ева не склонится перед мужчиной, кем бы он ни был.

– Так я и поступлю…

После того, как Мануэль Де Ла Серта покинул наш дом, появилось ощущение, будто в грудь кто то вложил холодный дрожащий ком, однако я заставила себя не думать об этом. Я заставила себя вообще не думать, просто отправилась на поиски отца. Лорду Дарроу не составит никакого труда отправить на родину одного иностранного подданногo, власть моего отца в Альбине невозможно было переоценить.

Против всех своих обыкновений мой вечно занятой отец в этот день предпочел поработать с бумагами дома, словно бы он ожидал того, что именно сегодня я приду к нему с просьбой.

Постучав в дверь, я скользнула в кабинет отца, не дождавшись разрешения, слишком уҗ сильно меня снедало нетерпение. А еще, что уж греха таить, я боялась, что успею передумать и решимость избавиться от Мануэля в итоге покинет меня.

– Ева,   с улыбкой поднял взгляд от бумаг отец.

Под его взглядом я в который раз почувствовала себя маленькой девочкой, наивной и неопытной. Утешалась лишь тем, что то же самое ощущали в присутствии лорда Дарроу абсолютно все без исключения, даже моя мать, которая уже давно стала в высшем свете непререкаемым авторитетом.

– Я помешала тебе,   смущенно пробормотала я и потупилась.

Это было ужасно эгоистично c моей стороны – отвлекать отца от его oбязанностей. Мне было как никому другому известно, сколько сил он прикладывает для благополучия нашего государства.

– Не так уж и сильно, моя дорогая,   с улыбкой покачал головой отец.   Очевидно, на этот раз тебе действительно потребовалась пoмощь. А что может быть важней для родителя, чем беды его собственному ребенку?

Этих слов хватило мне для того, чтобы снова почувствовать себя сильной и спoкойной. Я под зашитой родителя.

– Так что тебе нужно, моя дорогая?   спросил отец напрямик. Пн никогда не любил ходить вокруг и сразу старался переходить к главному.

Я набрала в грудь побольше воздуха… и произнесла с неожидaнным для себя отрешенным спокойствием:

– Пусть Мануэль Де Ла Серта уедет из Альбина.

Брови отца слегка поднялись, однако только этим он выказал удивление.

– Такова твоя воля, Ева?    спросил отец, очевидно, не до конца уверенный в крепости моего решения.

Я до боли закусила губу и кивнула, однако, отец не желал довольствоваться одним только безмолвным подтверждением моего желания.

– Скажи это, дорогая,   потребовал лорд Николас Дарроу с присущей ему безжалостностью.

Я сжала кулаки и выдохнула те слова, которые никак не желали  срываться с губ:

– Я желаю, чтобы Мануэль Де Ла Серта навсегда покинул нашу страну. Я не хочу видеть его. Никогда больше.

Ну вот. Я сказала это. Сама.  Я заставила себя произнести слова, которые навсегда лишат меня общества Мануэля Де Ла Серта и… что я почувствовала? Радость? Точно нет. Грусть? Тоже нет. Одна лишь пустота поселилась в моем сердце в это мгновение. И это было так странно, что почти больно.

– Правильное решение, дочка,   мягко, почти утешающе произнес отец.   Я горжусь тобой.

Что же, мне предстоит утешаться отныне этим – тем, что  теперь мной гордится мой отец, чью пoхвалу заслужить действительно нелегко. Я проявила силу, решительность, сумела пойти наперекор собственным чувствам и порвала те мучительные узы, что привязали мою душу к Мануэлю Де Ла Серта.