– Похоже, сегодня я встал позже всех. Все уже позавтракали и разошлись по делам, да?

– Нет, то есть да. – Закатив глаза, Розамунда покачала головой, – Вы вовсе не припозднились, ваше преосвященство. Лорд Спенсер и мой муж спустились всего несколько минут назад, но оба отказались от трапезы и решили продолжить осмотр владений.

– А, понятно. Какая жалость. А я надеялся поговорить с ним. С вашим мужем. – Его взгляд на мгновение устремился к двери, словно он раздумывал, не догнать ли его. Потом, приняв решение, он сел за стол и посмотрел на стоявшую рядом Розамунду: – А ты ведь не уходишь тоже, да?

После минутного колебания Розамунда улыбнулась. Она не была голодна, но чем еще она могла бы заняться до тех пор, пока Смизи не понадобится ее помощь? Снова заняв место за столом, она покачала головой:

– Нет, не ухожу. Я составлю вам компанию.

– Прекрасно, прекрасно. – Поблагодарив слугу, поставившего перед ним тарелку с ломтями сыра и хлеба и кружку с медом, он улыбнулся Розамунде. – Я рад, что ты составишь мне компанию, потому что у меня есть пара вопросов, на которые ты, возможно, сможешь дать ответ.

– Что за вопросы, ваше преосвященство?

– Я не мог не заметить, что вчера вечером за столом не было священника. И сегодня не было утренней мессы.

Розамунда смущенно заерзала под его укоризненным взглядом, чувствуя себя ужасно виноватой. Это чувство душило ее, словно змея, обвившаяся вокруг шеи. Проведя всю жизнь в монастыре, с его заутренями, обеднями и всенощными, Розамунда не могла сказать, что ей их недостает. Конечно, в пути с ними не было священника, но когда они приехали в Гудхолл, утренние мессы тоже не проводились. В первый же вечер лорд Спенсер объяснил, что прежний священник, служивший в замке с самых юных дней лорда Спенсера, скончался. И пока его никто не заменил.

Вина Розамунды заключалась в том, что эта новость совершенно не расстроила ее. По правде говоря, она была рада оставить этот вопрос на усмотрение мужа, чтобы он решил его в удобное для него время. Конечно, это был ужасный грех. Она должна была расстроиться и настоять, чтобы он немедленно занялся этим. Ведь она в конце концов получила приличное воспитание.

– Да, но, к сожалению, священник, служивший здесь, умер незадолго до нашего приезда, – объяснила она. – Думаю, мой муж предпринял шаги, чтобы решить этот вопрос.

– Правда? Ну тогда я, возможно, смогу помочь ему в этом деле.

Розамунда удивленно посмотрела на него:

– Помочь, ваше преосвященство?

– Конечно. Я мог бы занять этот пост, пока отдыхаю у вас. По крайней мере до тех пор, пока не прибудет новый священник. Это очень удачное решение. – Он несколько печально улыбнулся ей. – Так я не буду чувствовать себя целиком зависимым от вашей благотворительности. Я, так сказать, буду зарабатывать свой хлеб.

– О, милорд, мы принимаем вас здесь не из благотворительности. Вы же практически родной нам, – быстро заверила его Розамунда.

– Ты такое милое дитя, – ласково сказал он, сжимая ее руку. – И такая прелестная, совсем как твоя мать. Она тоже была милым созданием, мягкая, прекрасная. Как жаль, что она умерла молодой, – добавил он. Похлопав ее по руке, он покачал головой, явно делая над собой усилие, чтобы прогнать грустные мысли. – Ну что ж, я в восторге от такого плана. Это даст мне возможность тряхнуть стариной, прежде чем я получу собственный приход.

Розамунда широко открыла глаза:

– Вы хотите снова служить, ваше преосвященство?

Епископ грустно усмехнулся:

– Сомневаюсь, что молодой Ричард захочет взять советником такого старика, как я.