— А ты что, никуда не пойдешь? — Брови ее удивленно поползли вверх.

— Пожалуй, нет. Я думал, мы вместе пойдем. Ты ведь раньше никогда не уходила из дому на Новый год. — В голосе его зазвучали нотки обиды.

— А теперь ухожу, — ответила Кэйт и улыбнулась, услыхав на лестнице шаги матери. — Счастливого Нового года!

— Счастливого Нового года, Кэйт!

Глядя, как она выходит из комнаты, он с трудом поборол желание вернуть ее, пусть даже силой. Кэйт теперь была главой семьи, и Дэн окончательно растерялся, не зная, что делать. В прошлые годы она обычно приходила к нему. Не будь он Дэнни Барроуз, если на этот раз тут не замешан мужчина, и оделась Кэйт не как для вечеринки, а как для свидания. Надо разузнать, что за тип.

Как только хлопнула парадная дверь, Дэн подошел к окну и смотрел, пока машина Кэйт не скрылась из виду. Тогда он прошел в прихожую к телефону и набрал нужный номер. После нескольких гудков ему ответил женский голос.

У Дэна был девиз: на всякий случай имей запасной вариант.

В машине Эвелин продолжила начатый разговор:

— Ты и вправду прекрасно выглядишь! Уже давно не видела тебя такой. Можно подумать, что у тебя появился мужчина!

— Не говори глупостей, мам. Появись у меня мужчина, ты узнала бы первая.

— Но, возможно, мужчина и сам не догадывается об этом?

— Да о чем, черт побери, ты говоришь?

— Ни о чем, решительно ни о чем. — Эвелин многозначительно улыбнулась. — Останови машину, Кэйт!

Кэйт затормозила у края тротуара и выключила зажигание.

— Счастливого Нового года, мам!

— Счастливого Нового года, дорогая! Если вдруг ты вздумаешь провести эту ночь с другом, выпьешь бокальчик-другой вина и не сможешь вести машину… ну, ты понимаешь… о Лиззи можешь не волноваться. Я скоро буду дома.

Эвелин вылезла из машины и пошла к дому Дорис твердой походкой, прямая и стройная.

Кэйт завела машину и про себя улыбнулась: до чего проницательна мать!

Весь остаток пути до окраины Грэнтли Кэйт ехала, радуясь близкому свиданию с Келли.

Джордж оделся очень тепло. На уже начинавшую лысеть голову натянул шапку. Он вечно заботился о своем здоровье и, хотя не был так болен, как изображал это перед Илэйн, из-за непогоды ощущал некоторое недомогание. Поэтому, едва сев за руль, включил обогреватель, а чтобы его жужжание не раздражало, врубил радио.

Передавали Концерт для флейты Моцарта, и Джордж расслабился: вот теперь совсем другое дело. Он выехал из Грэнтли и двинулся по дороге, что вела к деревушке Вудхэм. Он часто начинал прогулку с этого места: там, если немного проехать, была своего рода стоянка — узкая полоса, забитая машинами, в которых за покрытыми изморозью стеклами занимались любовью парочки. Это возбуждало Джорджа.

Он нажал на газ и включил передние фары. Каким, свободным и счастливым он чувствовал себя в этот момент! Позднее он вернется в Грэнтли и будет заглядывать в окна квартир. Предвкушая удовольствие, Джордж начал тихонько мурлыкать себе под нос и двигать своими кустистыми, черными с проседью бровями в такт музыке, которую передавали по радио. Даже в его безгранично тусклых серых глазах зажглись огоньки.

Вдруг он увидел девушку. Впереди ехали еще две машины. Такое здесь редко случалось, обычно на этой дороге бывало пустынно. Но в канун Нового года оживление царило везде. Джордж, разумеется, понятия не имел о тусовке в лесу возле Вудхэма.

Девушка выставила большой палец и, когда первая машина притормозила, подошла поближе, но тотчас отпрянула и осталась стоять на обочине.