— Куда теперь, Пэт?

— Давай в Форест-Гейт. Хочу поглядеть, как там поживает Жюльет.

Машина тронулась, и Келли немного расслабился.

Но детский голосок все звенел и звенел у него в ушах.

— Останови машину!

— В чем дело? — удивился Уилли, резко затормозив прямо посреди улицы.

Келли выскочил и помчался назад в массажный салон.

— Ох, Вай, я забыл кое-что. Пошли в кабинет!

— Ну что еще? — спросила она голосом, полным враждебности, идя следом за боссом.

— Маленькая такая блондиночка… как там ее?

— Марлен, что ли?

— Да-да, Марлен. Так вот, она там сейчас выдает «полный набор» одному подонку.

— Ну и что?

— Пусть немедленно прекратит! И чтобы с сегодняшнего дня никаких наборов. И вообще никаких сексуальных услуг! Ясно? Тогда по крайней мере копам не к чему будет придраться!

Вайолет поглядела на Патрика как на сумасшедшего.

— Вы хоть понимаете, что говорите, черт побери, а? Да у нас в таком случае просто некому будет работать! Ну скажите вы, Бога ради, если бы вам, например, предложили на выбор разговоры о сексе и хорошую задницу, только в натуре, что бы вы предпочли?

Келли нахмурился:

— Оставь свои мерзости, Вай!

Женщина развела руками:

— Я, шеф, всего лишь констатирую факт: от таких игр у нас не останется ни одной самой что ни на есть завалящей шлюхи. И клиентура слиняет быстрее, чем исчезает со стола бесплатное пиво.

Келли почувствовал приступ дурноты.

— Ехали бы вы, Пэт, домой и отдохнули как следует, а? От случившегося у вас просто-напросто голова пошла кругом.

Келли почувствовал себя полным идиотом.

— Может, ты и права, Вай.

— Послушайте-ка, — голос Вайолет стал бархатным, — у нас ведь тут не социальная сфера, а как-никак бизнес. Для этих девочек главное — разгорячить парня своим сокровищем, все остальное не имеет значения. Ведь больше они ничего не умеют. Ну и пусть делают что хотят!

— Ох, Вай, в городе орудует какой-то извращенец. Знала бы ты, что он сделал с моей Мэнди!

— Позвольте мне вам кое-что сказать. Извращенцам нужны невинные девочки, а не проститутки. Невинные девочки сопротивляются. К нам вот ходят шикарные парни, тоже что-то вроде извращенцев. Я правду говорю, Пэт. Им надо, чтобы их били, чтобы причиняли им боль. Так вот, мы идем в самый дальний угол сада, ломаем прутья с того паршивого куста форсайтии и хлещем этих содомитов по задницам до синяков, до крови. А откажемся, они со своими деньгами пойдут к пакистанцам, их заведение тут неподалеку.

Келли кивнул и вдруг ощутил смертельную усталость.

— Пожалуй, так оно и есть, Вай.

Когда он проходил через зал, девушки опять вытянулись в струнку, На улице прямо на тротуаре сидела женщина постарше, держа запеченную в тесте сосиску. Она окинула Келли призывным взглядом. Тот вздохнул. Эта сука наверняка приняла его за извращенца. «Роллс-ройс» уже успел подкатить к подъезду, и Патрик снова залез на заднее сиденье.

— В Форест-Гейт, шеф?

— Нет, Уилли. Я передумал. Давай домой.

— О’кей, шеф.

Келли смотрел на людей, болтавшихся на холодных, сырых улицах. Был канун Нового года, и ему хотелось провести вечер с Кэйт.

Он поудобнее устроился на сиденье. К чертовой матери всех проституток! Ему сейчас не до них.

— Ой, мам! Ну почему вы с папой вечно дышите мне в затылок?! Все девчонки из нашего класса едут, а я, единственная, буду сидеть дома?! Нет, такого я не переживу! — И Луиза Батлер топнула ножкой.