— Не обращайте внимания, мисс Милдмей, — вставила леди Мальвина раздраженно. — Но я никак не возьму в толк, Амалия, почему вы не информировали полицию, если женщина действительно воровка и что-то украла?

Амалия упала в кресло и закрыла глаза. Она выглядела совершенно измученной и, казалось, вот-вот упадет в обморок.

— Эта женщина не стоит того, чтобы из-за нее портить себе кровь. Я хочу забыть о ней.

ГЛАВА 14

— Блейн, нет необходимости уезжать. Вопрос я уладила. Ты что, мне не веришь?

— Верю, но ты взаправду полагаешь, что на этом все кончится?

Несколько секунд прошли в молчании. Затем Амалия тихо проговорила:

— Да, верю. На этом все кончится. — Она деланно рассмеялась. — Возможно, я заставляю себя верить, так как не хочу, чтобы ты снова оставил меня одну.

— Амалия! Ты прекрасно знаешь, я не выношу женщин с собственнической психологией.

— О! Что ты за человек?

Было неприятно слышать звучавшие в голосе Амалии злость и раздражение.

Последнее время Сара очень неохотно спускалась вниз к ужину. Она уже не старалась подслушивать. Приключение больше не увлекало ее, первоначальный задор улетучился. Как посторонним людям, самозванцам и узурпаторам чужого имущества, Сара с самого начала желала им всяческих напастей. И если в ее глазах они продолжали оставаться и самозванцами и узурпаторами, то посторонними уже больше не были. Они сделались своими, близкими. Даже Амалия.

По неопытности Сара не предвидела такого развития событий, и Амброс, несомненно, тоже не предусмотрел, иначе он не ожидал бы от нее многого. Если бы она получила от Амброса письмо, то, возможно, к ней вернулся бы прежний запал и желание восстановить справедливость. Но прошло уже так много времени и столько всего изменилось. Невозможно было даже подумать о том, чтобы носить фамильные бриллианты Маллоу, лишить шумливую, жадную и добродушную леди Мальвину ее привычного дома или оставить Тайтуса наедине с его неуверенностью и страхами.

И, тем не менее, этот случайно подслушанный разговор вновь разжег ее любопытство. Слова Блейна об отъезде, вероятно, означали, что он все еще не отказался от намерения разыскать таинственного Сэмми. Но Амалия, по-видимому, возражала.

Как раз в этот момент вниз по лестнице сходила леди Мальвина, шелестя своими необъятными юбками.

— Вы все еще хромаете, мисс Милдмей. Вы не должны чересчур утруждать больную ногу.

Сара, застигнутая врасплох возле дверей гостиной, мысленно возблагодарила Бога, наделившего старую женщину бесхитростным умом и простодушным характером.

— Я стараюсь ходить помедленнее, леди Мальвина.

Сара подождала пока леди Мальвина пройдет в комнату первой, и разговор в гостиной прекратился. Амалия стояла у камина, протянув ладони к огню, точно у нее зябли руки, хотя, судя по пылающим щекам, вряд ли ей было холодно. Блейн наливал в бокал херес. Подняв голову, он сказал:

— Мисс Милдмей приходится слишком часто ходить по лестнице. Так нога никогда не заживет.

— Мисс Милдмей благотворно влияет на мальчика, — проговорила леди Мальвина, как обычно, невпопад. — Он становится почти таким же предприимчивым и смелым, каким был ты, Блейн. Позволь тебе заметить: в моем бокале слишком мало хереса. Долей, пожалуйста. Ну что ж, Амалия, вы, как я замечаю, чувствуете себя лучше, когда муж дома. Сегодня вы погуляли на свежем воздухе. Я видела вас у озера.

— У озера? О да. Летом это, должно быть, прелестный уголок, но зимой… Бр-р-р! Но ведь нужно где-то гулять.