Джордан швырнул нож ему под ноги.

– Отпустите ее.

– Не этот кинжал.

– У меня нет другого.

– Пытаетесь меня надуть? Тогда ваша дама умрет.

Его пальцы железной хваткой впились ей в горло. Комнату заволокло мраком. Изабелле казалось – ее голова плывет, оторвавшись от тела, парит, подхваченная легким ветерком. Потом действительность напомнила о себе. Она услышала, что Джордан разговаривает с ее мучителем, который, судя по голосу, был готов впасть в отчаяние. Девушка пыталась рассмотреть, что происходит вокруг, но обзор загораживала рука. Рука незнакомца. Должно быть, она на миг лишилась чувств, и за это время он успел зажать ее голову.

Изабелла прищурилась. На запястье мужчины проступали какие-то знаки. Клеймо. Она напрягла зрение. Лошадь, человек… Нет, два человека. Один верхом, другой идет впереди лошади.

Тот же рисунок, что и на рукояти кинжала.

Над ее ухом незнакомец закричал:

– Тогда она умрет!

Он убрал ладонь с ее лица, и она увидела, как он заносит нож.

Служанка снова закричала и, должно быть, схватила Лью за руку, потому что свет факела заметался вверх и вниз.

Ее мучитель на мгновение отвлекся – как раз то, что нужно было Изабелле. Она ткнула локтем ему в живот и вцепилась ногтями в пальцы, сжимавшие ее шею. Враг застонал и слегка ослабил хватку. Извернувшись ужом, она оказалась с ним лицом к лицу и краем ладони нанесла удар по подбородку, точно в то место, куда раньше попала ногой. Скорчившись, он покатился по полу, крича от боли и разбрызгивая кровь. Не глядя, сделал замах, но Изабелла нырнула ему под руку и рванула на себя рукав.

– Что это? – закричала она.

Незнакомец побледнел, как мертвец, и оттолкнул ее назад что было сил. Изабелла налетела на Джордана, и оба свалились на пол.

Мужчина схватил со стола кинжал, сбросив на пол мешочки с лекарствами, и издал победоносный клич. Изабелла вскочила на ноги. Джордан и Лью закричали, когда она кинулась на мужчину. Тот успел обернуться, чтобы встретить ее с кинжалом наготове. Изабелла сделала шаг в сторону, чтобы оказаться у него за спиной. Он поднял с пола флакон и запустил им в девушку. Она увернулась, и флакон ударился о столбик кровати. Брызнули осколки, едкий аромат трав заполнил комнату.

Незнакомец повернулся, чтобы убежать, но Изабелла успела схватить кнут. Громкий щелчок – и враг закричал от боли. Кнут ударил его по правой руке. Кинжал полетел на пол и снова пропал в темноте.

В лице незнакомца не осталось ни кровинки – он был охвачен ужасом. Сорвал с пояса флягу, открыл крышку и опустошил ее в один глоток. Они услышали его крик: «Semper minax, nunquam summissus!» А затем он метнулся к двери, наткнулся на зевак и прыгнул к окну. Распахнул ставни и бросился вниз.

– Нет! – крикнула Изабелла. Служанка закричала и рухнула без чувств.

Изабелла подбежала к окну. Света было мало, но она сумела разглядеть темный силуэт на склоне холма. Джордан приказал Лью немедленно выслать стражников на поиски.

Слишком поздно, подумала Изабелла, вцепившись в край подоконника. «Semper minax, nunquam summissus» – «Всегда дерзок, никогда не смирен». Тот же девиз, что на кинжале.

Наградой за дерзость незнакомцу стала смерть. Сумей он остаться в живых, уносил бы сейчас ноги. Даже если он еще дышит, ему не дожить до рассвета. Утром им предстоит хоронить два тела. Интересно, станет ли кто-то оплакивать человека, который предпочел смерть плену?

Где-то в глубине души закипали слезы. Там, где горе оставило отверстую рану, неуспевшую как следует затянуться. Горе собственной утраты – все, что она когда-то любила, было потеряно в один миг. Отец, мать, родной дом. Горькие воспоминания нахлынули как неукротимый поток, сметающий все на своем пути.