– Хорошо, слушай, – вздохнула я. – Долгое время я встречалась с одним молодым человеком. С каждым разом все больше понимала, что это моя ошибка, короче, захотела с ним разорвать, а он, сукин сын, решил меня убить. Парень он горячий, в криминальном мире незаменимый человек. Киллером работает. Стреляет идеально. В меня промахнулся, наверное, очень нервничал, не чужая я ему все-таки, да и заказ бесплатный.

– Ты врешь. Все ты врешь.

– Может быть, и вру, а для того, чтобы не врала, не задавай лишних вопросов.

– Значит, ты мне ничего не расскажешь, жаль, а вдруг бы я смог тебе помочь.

– Так помоги. Мне нужно срочно выбраться отсюда.

Я же тебя не за бесплатно прошу.

– Посмотри на себя, – вздохнул Сашка. – Еще часа не прошло, как ты очнулась. Тебе была сделана очень сложная операция. Врачи боролись за твою жизнь. Ну куда ты в таком состоянии?! Ведь ты даже встать не можешь. Странная ты все-таки девчонка. Москвички все такие? Не успела вылезти из-под ножа хирурга, как туг же просишь тебя трахнуть. Прошел час, и ты уже собираешься отсюда сбежать. Ты сумасшедшая.

– Эх, Сашка, Сашка! Всю жизнь тебе на правом руле ездить.

– Что ты прицепилась к моему рулю! У нас все так ездят, – обиделся он.

– Нет, просто чудно как-то. Смотрю, ты свой джип наворотил: и дуга, и подножки, и сполера, даже багажник с пеналом повесил! Ну вообще! Только хоть ты его золотом обделай, но ведь руль-то справа. Вот лучше бы ты руль поменял.

– Зачем? Мне и так неплохо. Мне по Москве не ездить. У вас там что, правых рулей нет?

– Почему, есть, только совсем мало. На них все смотрят как на пришельцев с космической тарелки. Умные люди заказывают панель в Эмиратах и переделывают руль. Небольшая процедура, но машина сразу скачет в цене. Вот ты в твоем джипе руль переделай, и цена в два раза возрастет.

– Японская машина с правым рулем предназначается для внутреннего рынка. А у нас здесь как маленькая Япония.

– Вот я и говорю, очень жаль, что тебе только на внутреннем рынке и ездить. Нет в тебе риска, все у тебя справа.

– А у тебя что, слева? – вскипел Сашка.

– Да, у меня «шестисотый». Конечно, слева, – улыбнулась я.

– То-то я И смотрю, ты вся левая какая-то!

– Конечно, не для внутреннего рынка, а для Европы. Евростандарт. Грудь – 90, талия – 60, бедра – 90. Всегда любила европейские мерки. Короче, если не хочешь мне помогать, то не надо. Завтра приедешь, а меня здесь нет – сбежала.

– А с чего ты взяла, что я к тебе приеду?

– Ну потому, что у меня везде стандарт, еще я предложила тебе денег и мне кажется, что это многообещающее знакомство.

– Куда ты побежишь? Ты ж до первого этажа спуститься не сможешь!

– Меня убьют, понимаешь ты или нет!

– Хорошо, я помогу тебе, только условие остается прежним. Хочу знать правду. Иначе на помощь не рассчитывай.

– Давай сделаем так: сначала ты мне поможешь отсюда выбраться, а затем я тебе все расскажу. Конечно, я слишком плохо себя чувствую и, по всей вероятности, даже не смогу встать. Несколько дней мне придется здесь все-таки проваляться, но ты должен быть постоянно рядом, я же тебе плачу как-никак. А затем ты перевезешь меня на квартиру и найдешь мне врача. Как только я очухаюсь – сделаю свои дела и рассчитаюсь с твоей персоной. По рукам? – И я протянула ему руку.