|
Постоянный кашель, повреждение кожного покрова, боли в желудке. Однажды она ночевала у нас, и утром ее простыни были в пятнах крови. Сначала мы думали… ну, вы знаете, месячные. У нас всегда есть тампоны, но некоторые женщины забывают об этом. Как потом выяснилось, кровь у Эрны текла из… — Уизерспуна передернуло, — из заднего прохода. Внутреннее кровотечение. Мы вызвали одного из наших врачей-добровольцев, и нам удалось убедить Эрну показаться ей. Врач сказала, что ничего страшного нет, но что у Эрны имеются трещины и ими следует заняться. Заняться, по ее мнению, следовало и возможными повреждениями кишечника. Мы предложили Эрне обследоваться у специалиста, но она ушла и не появлялась несколько месяцев. Такова была манера ее поведения. Пришла — ушла. Для многих из них это всего-навсего место, где можно остановиться и перекусить.
— Как насчет проблем с ее психикой? — Это само собой. Для многих наших клиентов это нечто почти обязательное. — Какие конкретно психические проблемы были у Эрнадин Мерфи? — Как я уже говорил, все сводилось к употреблению спиртного. Мне казалось, что она зашла слишком далеко — это называется органической болезнью мозга. Нарастающая умственная деградация. Ночуя здесь, она иногда просыпалась и галлюцинировала. Синдром Корсакова. Это дефицит витамина В. — Уизерспун нахмурился. — Кое-кто шутит насчет розовых слонов, но ничего смешного в этом нет. — В каком состоянии она была до того, как началось ухудшение? — спросил я. — Ммм… Не скажу, чтобы когда-либо Эрна была… вполне нормальной. Не то чтобы она была глупой. Нет. Когда нам удава — лось продержать ее в трезвом состоянии более или менее продолжительный период, она говорила так, что не было сомнений в богатстве словарного запаса. Казалось, что в свое время она получила образование. Но когда мы спрашивали ее об этом, она сразу же замыкалась. Позднее периоды трезвости становились все короче и реже. Последний год она была деструктивна. — Агрессивна? — уточнил Майло. — Напротив — пассивна, с затуманенным сознанием, заторможена, ей было трудно сосредоточиться, отмечалось и нарушение двигательной функции. Она спотыкалась, падала… именно это с ней и случилось? Упала и ударилась головой? — Едва ли, — ответил Майло. — Кто-то помог ей в этом? — Пока мы не знаем, сэр. — О Боже! — воскликнул Уизерспун. Майло вынул свою записную книжку. — Как фамилия врача, которая осматривала Эрну в связи с кровотечением? — Мы пользуемся услугами нескольких врачей — все добровольцы. Думаю, в тот раз была Ханна Голд. Ее кабинет находится в районе Хайленд. Это было всего один раз. Регулярных осмотров Эрны она не проводила. Никто не проводил. Нам никогда не удавалось найти ее. Бог дает, и Бог берет, но мы, смертные, совершаем многое такое, что влияет на путь, избранный нами. — Что вам известно о жизни мисс Мерфи в ее семье? — Ничего. Она никогда не говорила об этом. — Были ли у нее друзья? — спросил я. — Общалась ли она с вашими постояльцами? — Я не замечал этого. По-моему, женщины побаивались ее. В крупной Эрне было что-то устрашающее. — Каким образом? — Ходила она покачиваясь, бормотала, что-то ей мерещилось. — Что мерещилось? — Эрна никогда не говорила об этом, но по ее поведению, жестам мы догадывались, что она испугана. Однако попытки успокоить ее Эрна отвергала. — Итак, женщины боялись ее. — Возможно, я преувеличиваю. Они скорее нервничали, чем боялись. |
