— Может быть, когда отец ушел на пенсию, они уехали из этого штата, — предположил Майло. — Хорошо бы найти их ради них самих. — Лицо Майло исказила гримаса. Он подумал о звонке, который принесет плохую новость. — Однако, как мне представляется, Эрна давно покинула отчий дом, поэтому едва ли они сообщат нам что-нибудь имеющее отношение к делу. — Он посмотрел на меня, ожидая подтверждения его слов.

— Эрна, лишенная общественных связей, — сказал я, — очень подходила нашему мальчику как знакомая. С ней он мог разговаривать, не опасаясь, что сна доверит его секреты кому-то другому. Эрну ему было легко подчинить своей воле и присвоить себе ее имя.

— Отсутствие связей, — вставила Петра, — делало ее легкой добычей. — Она обратилась к Майло: — А теперь что?

— Может быть, еще один визит к родителям Кевина. Нужно потрясти семейное древо и посмотреть, что упадет на землю.

— Только не сейчас, — возразила Петра. — Отец настроен явно враждебно и не скрывает, что не хочет иметь с нами дело. Надеюсь, миссис Д. окажется более сговорчивой, но в доме верховодит он. А то, что Драммонд — адвокат, еще больше усложняет проблему и увеличивает риск. Одно неверное движение — он поднимет адвокатский шум и цепочка доказательств оборвется. Если бы нам хватало людей, я продолжала бы следить за домом. А в нашем теперешнем положении я могу лишь еще немного поработать на улицах. Продолжить поиски людей, которые помнят Эрну или Кевина. — Петра посмотрела на Шталя: — Совсем нелишнее поискать и ее родителей.

— Дональда и Колетт, — откликнулся Шталь. — Я займусь поисками в национальном масштабе.

— Струна от гитары, — побормотал Майло. — Пока мы фальшивим.

— Пока мы даже не знаем, что это за песня, — добавила Петра.

— Я была не права, — сказала она. — Обед из того, что есть, — это прекрасно.

— В самолете тебя не угощали арахисом?

— Мы были счастливы уже тем, что приземлились. Какой-то мужчина напился и начал скандалить. Казалось, дело кончится полным безобразием. Но мы утихомирили его и он наконец заснул.

— Мы — это кто? — спросил я.

— Я схватила его за одно колено.

— Шина, королева джунглей. Элисон согнула руку и показала бицепс.

— Это было ужасно.

— Храбрая девочка, — похвалил ее я и обнял.

— Когда такое случается, и подумать не успеешь, как начинаешь действовать… Мне нужно присесть. А вино в меню есть?

Мы долго обедали, болтали, постепенно погружаясь в легкое опьянение. Позднее, уже раздетые, мы лежали в кровати обнявшись, но любовью не занимались, и уснули как студенты, снимающие квартиру в складчину. Я проснулся в четыре утра, увидел, что Элисон в кровати нет, и пошел искать ее.

Она сидела на кухне, в полутьме, в одной из моих теннисок и пила быстрорастворимый кофе без кофеина. Причесалась она небрежно, косметику смыла, босые ноги на фоне дубового пола казались гладкими и белыми.