— Ублажаем соседей, — пояснил Лоу, — чтобы беспрепятственно зарегистрировать концертный зал в рамках Закона о районировании.

— Восемьдесят пять из ста тринадцати, — повторил Майло. — Остается двадцать восемь, с которыми мы еще не познакомились.

— Но я, — снова заговорил Шабо, — совершенно уверен в том, что любитель Шопена — слишком утонченная натура и не…

— Пусть они делают свое дело, Штеф. — Лоу положил руку на плечо компаньона.

— Ах, я понимаю, что ты прав. Я простой смертный, которому хочется сделать мир прекраснее. Что я знаю о таких вещах? — Шабо болезненно улыбнулся. — Том читает детективы. Он разбирается в таких вещах.

— Да, когда это художественный вымысел, — согласился Лоу. — А в жизни это отвратительно.

Шабо, казалось, воспринял его слова как упрек.

— Да, да, конечно, это лишь пустая болтовня, сам не знаю, что говорю. Занимайтесь своим делом, детектив. — Он ухватился за грудь. — Мне нужно присесть.

— Иди наверх, — предложил Лоу. — Я принесу тебе грушевый напиток.

Взяв Шабо под руку, он повел его к лестничной площадке. Посмотрев, как Шабо с трудом преодолевает пролет, Том вернулся к нам.

— Он травмирован.

— Сколько времени вы содержите концертный зал? — спросил Майло.

— Столько же, сколько и дом. Три года. Но проект находился в стадии реализации более десяти лет. Мы приступили к нему, как только переехали сюда из Нью-Йорка. Мы были вместе еще за два года до этого. Штеф занимался производством чулочно-носочных и трикотажных изделий. А я — городским дизайном. Проектировал как общественные, так и частные помещения. Познакомились мы на приеме в честь Зубин Мета. Штеф всегда был фанатом классической музыки, а я очутился там потому, что сделал кое-что для одного из друзей маэстро. — Взгляд темных миндалевидных глаз остановился на Майло. — Думаете, это нанесет вред концертному залу?

— Не знаю, сэр.

— Это жизненно важно для Штефа. — Лоу потрогал свой красный галстук-бабочку. — По-моему, есть какие-то легальные основания для того, чтобы приостановить это. Соседи сотрудничали с нами. Штеф десятками покупает для их детей школьные лотерейные билеты, и мы существенно помогаем реализации любого местного проекта. Мы поддерживаем хорошие отношения с департаментом связи, и, поверьте, это нам дорого обошлось.

— Департамент связи, лотерейные билеты? — удивился Майло. Лоу улыбнулся.

— И не спрашивайте… просто мне очень не хотелось, чтобы зал закрылся. Он весьма много значит для Штефа, а Штеф — для меня.

— Часто ли вы устраиваете концерты?

— Устраиваем концерты, — повторил Лоу. — Штеф планирует четыре концерта в год. В прошлом году мы добавили один, рождественский, как бенефисный в пользу школы Джона Роберта Престона.

— Ребенок кого-нибудь из соседей? Лоу расплылся в улыбке.

— Теперь я вижу, почему вы стали детективом.

— Я ознакомился с содержимым денежного ящика и обнаружил там тринадцать чеков от лиц, не внесенных в список гостей, — сказал Майло. — Остается еще пятнадцать человек, заплативших наличными. Остаток в кассе соответствует. Вы знаете, кто эти пятнадцать человек?

Лоу покачал головой.