Наконец к Хэнли вернулись внимание и заинтересованность. Вместе с Джеком они упаковали изломанное тело подруги в пластиковый мешок, уложили на каталку и отвезли в импровизированный морг.

Сняв защитные костюмы, Нимит и Хэнли направились к Маккензи. В кабинете, кроме экс-директора, сидели Руденко, русские и Верно, которые пришли скорее найти утешение друг у друга, нежели что-то предпринять.

— Но почему она? — Хэнли тяжело опустилась на стул и потерла усталую спину.

Собравшиеся, за исключением невозмутимого Койта, посмотрели на нее с беспокойством.

Нимит встал позади Хэнли и начал разминать ей мышцы плеч. Это было явное проявление интимной близости, но сейчас Хэнли не заботило, кто что о ней подумает.

Верно попытался утешить ее:

— Не вините себя. Все мы знаем, насколько осмотрительно вы действовали.

Хэнли покачала головой:

— Этого не случилось бы, если бы я…

Руденко хотел сказать что-то успокаивающее, но, похоже, не нашел подходящих слов.

— Доктор Хэнли права, — раздался громкий голос Койта.

Верно возмутился:

— Какая жестокость так говорить! Не слушайте его, Джесси.

— Это не случайность, — продолжил Койт.

Хэнли ошеломленно посмотрела на него.

— Как мог кто-то так с ней поступить?

— Кто-то и не поступал, — с акцентом сказал Койт. — Здесь опасно. Может быть, сейчас вы примете лишние меры предосторожности? Позвольте нам хотя бы иметь при себе оружие?

Маккензи устало махнул рукой, соглашаясь на требование русского.

— Кто мог хотеть смерти Деборе Стинсма? — спросил Верно.

— Никто, — отозвался Койт.

— Тогда вы сами себе противоречите, — заметил Верно. — Говорите, что никто не хотел ее убивать, и при этом требуете «лишних мер» предосторожности!

— Противоречия нет, — хрипло произнесла Хэнли, прижимаясь к Нимиту. — Он хочет сказать, что жертвой должна была стать я.

ГЛАВА 48

— Боже мой! — всплеснул руками Маккензи. — Мы должны принять меры по обеспечению вашей безопасности!

— Нет, — твердо возразил Джек. — Я позабочусь об этом сам. С доктором Хэнли ничего не случится. Обещаю.

— Ну конечно, — неуверенно согласился Маккензи. — С доктором Хэнли ничего не случится. Мы не можем этого позволить.

— Спасибо, Джек, — сказала Хэнли. — Проводи меня до лаборатории.

Они медленно прошли по комплексу куполообразных корпусов. Хэнли остановилась перед коридором, ведущим в лабораторию, набрала полную грудь воздуха и выпустила его длинной тонкой струйкой.

— Как чувствуешь? — спросил Джек.

— Не вполне. Да и ты, похоже. Где тебя потом искать?

— Есть кое-какие дела. Покончу с ними и сразу приду за тобой. — Он нежно поцеловал ее в веки. — Мне так жаль Ди. Больше, чем ты представляешь. Но с тобой ничего не случится. Обещаю.

Хэнли сообщила Исикаве следующее: возбудитель биологического происхождения, кажется, определен; способ передачи — точно антропогенный — пока не установлен.

Мансон, который находился рядом с Исикавой, воспринял новость с раздражением. Он принялся орать на кого-то по телефону, заглушая голос Кима.

— Мы так не договаривались! — твердил Мансон.

Хэнли знала: чем более бессильным он себя чувствует, тем громогласнее становится. Сейчас он орал во всю глотку. Потеряв терпение, Хэнли набила на компьютере послание, уверенная, что начальник, занятый бурной жестикуляцией, его не заметит:

Иси, я отключаюсь.