– Агент Сноу.

– Привет, Лорел. Это Педро. Извините, что так долго не отвечал на звонок. Из-за этого ужасного пожара в ночном клубе всем пришлось вкалывать сверхурочно.

– Доктор Ортега! Спасибо, что перезвонили. Сожалею, что пожар в ночном клубе унес столько жизней. – Ей уже доводилось иметь дело с обгорелыми трупами, и запах никогда не выветрится из ее памяти до конца. – Я хотела узнать о жертве с реки Айсберг.

Он чихнул.

– Извините, что в трубку. Мы тут все что-то подцепили. Надеюсь добраться до вашей жертвы завтра или послезавтра, а еще я получил образец ДНК капитана Риверса.

В душе Лорел всколыхнулось предчувствие.

– И?

– Стоит в очереди с остальными образцами. Надеюсь, моя лаборатория сможет взяться за него в ближайшее время. – Несколько секунд его голос звучал как-то глуше. – Прошу прощения, но мне нужно вернуться к работе. Скоро переговорим.

– Разумеется. Спасибо. – Она дала отбой. Вот тебе и крупицы сведений – что по одному делу, что по другому. Цвет огня в камине изменился, но ясности не прибавил. Она сама не заметила, как задремала, придя в чувство, когда в хижину с одной спальней вошли Гек с Энеем и принялись оба отряхиваться от снега.

Не без труда она вырвалась из дремоты.

– Похоже, снег повалит еще гуще.

На этой неделе местные метеорологи то и дело промахивались с прогнозами погоды.

– Ага. – Стащив сапоги, Гек повесил толстую куртку, а Эней побежал прямо на кухню и сразу принялся за еду из своей миски.

Гек прошлепал к Лорел в своих поношенных белых носках с дырочкой на правом. Сел рядом с ней на диван и закинул облаченные в джинсы ноги на журнальный столик, отодвинув журналы и скрестив лодыжки.

– Ну и ночка!

Лорел осторожно, чтобы не пролить чай, прислонилась к нему.

– Снег пойдет гуще?

– Смахивает на то. Да и ветер поднимется.

Лорел смотрела в огонь, пытаясь привести в порядок разбегающиеся мысли.

– Что творится в этом большом мозгу? – подергал Гек ее за волосы.

– Мозг у меня нормального размера, – негромко отозвалась она. – Я пытаюсь вникнуть в мотивы Эбигейл. Зачем ей понадобилось вытаскивать Джейсона Эббота из тюрьмы.

– А-а! Как по мне, пустая трата времени. Ее мотивы лишены логики, а ты – ходячая логика.

Она вздрогнула, но тут же успокоилась.

– Понимаю.

– Эй! – Гек повернулся, чтобы приглядеться к ней повнимательней. – Я сказал что-то не то. Что именно?

Как ему удается? Ведь она на него даже не смотрела.

– Логика. Детей воспитывают не так. Они нуждаются в любви. Сердечки, поцелуйчики, капризы и все такое.

Лорел приподняла свои темные брови, но Гек несколько ударов пульса хранил молчание.

– Сердце – это орган, правильно?

– Конечно, – нахмурилась она.

– Тогда как же может любовь – реальное чувство – на самом деле исходить из органа, сидящего у нас в глубине груди? – Он устроился на диване поудобнее, по-прежнему обнимая ее.

– Не знаю.

– Нечасто я от тебя слышу подобное, – хмыкнул он. – Если любовь или чувство не исходят из глубины груди, почему они не могут исходить из глубины мозгов? В мозге ведь много непонятного для нас, правда?

– Правда, – шепнула она.

– Так, может, эти твои мыслищи и есть любовь. То, как любишь ты.

Она моргнула. Не лишено смысла.

– Наверное, ты используешь больший процент своего мозга, чем другие, а может, просто эффективнее.