— Это предложение относится ко всем легионерам? — удивленно спросил Кэнби.

— Ко всем, кто его примет, — пообещал Кобир, — включая тех, кто остался на Земле. Я сильно подозреваю, что после вчерашнего боя у нас появится общий мотив для многих дел.

Кэнби надолго задумался — в его голове промелькнула тысяча самых разных беспокойных мыслей. Потерев гладкий подбородок, он кивнул. Нет ничего важнее, чем найти для легионеров надежное укрытие. Пока приглашение пирата оказалось самым лучшим (и к тому же единственным).

— Николай, — наконец ответил Кэнби, — мы сочтем твое предложение за честь. Затем, — мрачно добавил он, — когда все будут в безопасности, мне и впрямь захочется поговорить о том, как отплатить Ренальдо.

Кобир улыбнулся.

— Давай сейчас же созовем навигаторов. Чем скорее мы приступим к серьезной разработке совместной операции, тем скорее Садир почувствует нашу месть — и, сам того не желая, наполнит наши карманы.

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ

«ЮЛИЙ ЦЕЗАРЬ»

После проведенной в Белгрейв-Хаус бурной ночи, во время которой Ренальдо пытался отвлечься от тревожных мыслей, он сидел под пологом своей широкой кровати, хмуро глядя, как красивый молодой человек выскользнул из-под шелковых простыней и направился в ванную. «Довольно дорогой», подумал граф. Впрочем, лучше переплатить, чем постоянно размышлять о шантаже или, еще хуже, о мести. Несмотря на возведение сокровищницы и приятную реакцию Филанте, когда тот увидел «Юлия Цезаря», Ренальдо не покидало видение, как к нему подбираются Кобир и Кэнби — вместе. Граф утроил число охранников в особняке, однако хитроумный кирскианец уже доказал, что его не берет ни охрана, ни полиция… ни даже Флот.

Ренальдо стиснул зубы.

Вернувшийся из ванной молодой человек, благоухая пудрой и духами, недвусмысленно выражал готовность продолжить то, ради чего его наняли, но Ренальдо махнул рукой.

— На сегодня хватит, — буркнул он. — Собери свою одежду и выметайся. Деньги тебе отдаст кто-нибудь внизу.

— Мой господин… — запротестовал гость.

— Хватит! — рявкнул Ренальдо.

Не обращая внимания на хныкающего юношу, граф заковылял в ванную и присел на изготовленный по специальному заказу унитаз. Тотчас же в голове Ренальдо вспыхнула мысль, преследовавшая его уже многие дни: что делать с теми двумя оскорбленными, само существование которых угрожало рассудку графа, а возможно, и его жизни. Несомненно, рано или поздно они соберутся на него напасть; требуется узнать об этом заранее, чтобы успеть предупредить полицию. Но как?

Как узнать заранее?

Дотянувшись до коробки, он достал из нее две большие шоколадные конфеты с ликером и запихнул обе в рот, наслаждаясь растекающимся по губам и языку густым сиропом. «Ну вот, уже лучше», — подумал Ренальдо. Потом перед его мысленным взором мелькнуло лицо Кобира, а за ним — лицо наемника. Еще одна конфета… Однако это уже не помогло. Что же делать?

Неожиданно Ренальдо прищелкнул пальцами. Ну конечно же, опять Тенниел! Ведь она поддерживает отношения с этим проклятым наемником. Понятно, что на Тенниел падет некоторое подозрение — как и на всякого, с кем Кэнби поделился своим оперативным планом. Но Ренальдо догадывался о том, что услуги, которые Тенниел оказывает наемнику, нисколько не уступают полученным им самим — а возможно, и превосходят, раз она заявляет о любви к нему. Поэтому Кэнби не захочется верить в предательство любимой. Следовательно, скорее всего он не пожелает порвать с нею — в вопросах, касающихся того, что находится ниже пояса, от мужчин трудно ждать разумных решений.