В январе 1985-го лента была смонтирована и принята генеральной дирекцией «Мосфильма» и Госкино. Начальство отнеслось к картине положительно; в официальном документе было отмечено: «…эта лента Л. Гайдая продолжает традицию лучших его комедий: она содержит гражданственную тему и вместе с этим смешна, изобилует удачными эксцентричными номерами».

А вот массовый зритель был с этим не согласен — и «голосовал рублем» за «Опасно для жизни!» далеко не так активно, как за прежние премьеры Гайдая. Если «Спортлото-82» в год выхода посмотрели 55 миллионов человек, то новую гайдаевскую картину — лишь 20,5 миллиона. Для Гайдая это действительно был низкий показатель.

Критика прошлась по этой работе мэтра с максимальной безжалостностью. Раньше откровенно выступать в печати с оценками, идущими вразрез с мнением народа, решались немногие — останавливал массовый успех гайдаевских комедий. А картина «Опасно для жизни!» была легкодоступной, уязвимой мишенью: и не хит проката, и не шаг вперед в творческом развитии режиссера — следовательно, в кои-то веки можно безбоязненно лягнуть большого мастера.

Тем не менее и в журналистском лагере у новой работы Гайдая нашлись сторонники. Одобрительную и точную рецензию опубликовал в «Советском экране» цитировавшийся выше Андрей Зоркий. Воспроизведем здесь его публикацию, тем более что в ней подробно пересказывается сюжет фильма. В данном случае это нелишне, поскольку «Опасно для жизни!», в отличие от прочих гайдаевских комедий, видели или запомнили далеко не все:

«Как и «Спортлото-82», новая комедия Леонида Гайдая обращена к нашим дням. Быть может, кому-то в чисто зрелищном плане она покажется и менее выигрышной. Нет здесь Черного моря, счастливого лотерейного билета, «погони за миллионом» по живописным горным дорогам, соперничества героев с авантюристами, хотя…

И остросюжетную ситуацию комедии «Опасно для жизни!» не назовешь будничной. Ее как-никак создают небесные силы: гроза и могучий разряд молнии, повредивший высоковольтку и оставивший под током без всякого заземления оборванные провода. Не аварийную службу примчат авторы на место катастрофы, а поставят там бессменным часовым самого обычного прохожего — Спартака Ивановича Молодцова (Л. Куравлев). Ему доверено сюжетом как будто бы малое: не подпуская к месту аварии граждан, дождаться наискорейшей помощи. Но помощь не придет до финального эпизода. Авторы опять-таки не углубляются в сферы производственные, дабы раскритиковать плохую работу Горэнерго. Нет-нет, на протяжении фильма мы даже не переступим порога этого почтенного учреждения… Иной социальный феномен приковывает внимание сценаристов Р. Фурмана, О. Колесникова и режиссера Л. Гайдая. Они показывают нам, сколь трудно подчас бывает установить не то чтобы обратную, а самую обычную, элементарную, прямую связь между тем, кто подает сигнал тревоги, кто должен его передать и кто принять.

В дело вступают силы не небесные, а земные, пестрый конгломерат людей, которых мы ежедневно встречаем: прохожие и сотрудники милиции, выпивоха Чоколов (Г. Вицин) и продавщица мороженого (Т. Кравченко), сослуживцы Спартака Ивановича и командированный из Грузии… Кажется, в силах каждого из них почти мгновенно установить эту желаемую прямую связь и пресечь сюжет в самой его грозовой завязке. Но, увы, и каждый порознь, и все вместе они не приходят на помощь к страждущему Молодцову.