Камилла любовно потрепала мужа по руке.

— Только потому, что ты поддавался мне, дорогой.

— Как бы не так! — возмутился Шеймас. Повернувшись к Уильяму, он указал на свою жену. — По правде говоря, милорд, это она иной раз поддается мне.

Уильям усмехнулся и тут же поморщился, вспомнив о заживающей ране. Слегка дрогнувшим от боли голосом он спросил:

— Значит, вы согласны сыграть вчетвером?

— Сначала я схожу в спальню Шимейн, а потом буду рада присоединиться к вам и вашей очаровательной компаньонке, — любезно пообещала Камилла.

Из кухни вышла Бесс с блюдом сдобных лепешек. Она нарезала лепешки небольшими кусочками.

— Попробуйте-ка, мэм, — предложила она Камилле. Камилла озадаченно приподняла бровь.

— Зачем, Бесс? Я не раз пробовала твои лепешки. Может, эти не такие?

— Верно, мэм. Их испекла ваша дочь.

— Вот как? — Камилла заколебалась. Она знала наперечет все слабости дочери, и сейчас не хотела омрачать ее настроение, подозревая, что не только огорчит дочь, но и расстроится сама.

— Вы только попробуйте, — настаивала Бесс.

Камилла осторожно выбрала кусочек поменьше и положила его в рот. Выражение на ее лице мгновенно изменилось: сдержанность уступила место радости.

— Как вкусно!

Бесс усердно кивнула:

— Вот видите, мэм — мы научили нашу девочку готовить!

Уильям с трудом сдерживал желание расхохотаться. Он повернулся к Шимейн:

— Похоже, дорогая, в ваших способностях сомневались.

— Поверьте, милорд, их сомнения были оправданны, — весело объяснила Шимейн.

— Ручаюсь, теперь их оправдывать нечем, — вмешалась Мэри-Маргарет. — Его светлость и я сегодня как раз гадали, умеет ли Бесс готовить так же хорошо, как Шимейн Торнтон.

— Пожалуй, мне с ней не сравниться, — во всеуслышание объявила Бесс и добродушно пожала пухлыми плечами. — Видно, обучая Шимейн, я превзошла саму себя!

— Да, это ваша заслуга, Бесс, — дружески подтвердил Уильям. — Ваши старания скрасили жизнь всем нам.

— Спасибо, ваша светлость. — Бесс поклонилась и с довольной улыбкой удалилась на кухню.

Шимейн вышла следом за Бесс и сообщила о скором прибытии гостей. Бесс заверила ее, что без труда приготовит обед; правда, он будет не самым изысканным, предупредила кухарка, зато обильным и сытным. Большего Шимейн не могла ожидать.

— Я знала, что ты справишься, Бесс, но муж посоветовал мне прежде спросить, выполнима ли такая задача. — Она ласково обняла кухарку.

Бесс усмехнулась:

— Поблагодарите вашего супруга за заботу. — Придвинувшись ближе, она прошептала: — По мне, так он прямо как настоящий джентльмен.

— Он и есть джентльмен, — подтвердила Шимейн.

Шимейн показала Эриху и Тому, куда поставить стол, а когда вернулась в гостиную, Камилла поманила ее в спальню, указывая на два привезенных сундука, стоящих в ногах кровати.

— Давай посмотрим, что уложила туда Нола.

— Не могу дождаться! — Шимейн подхватила мать под руку и увлекла ее за собой в спальню.

Вскоре она уже вынимала из сундука и встряхивала бледно-голубое платье из парчи с цветочным рисунком, квадратным вырезом и рукавами длиной в три четверти. Нола тщательно отутюжила платье, и Шимейн надела его. Одежда облегала ее тело привычно и удобно, как объятия давнего друга. Камилла затянула шнуровку на лифе, поправила узкую бархотку со сверкающей подвеской на шее и велела Ноле как следует причесать госпожу.