Сходное побуждение – желание сохранить, но все-таки убрать с глаз долой, должно быть, руководило человеком, читавшим дневник до Торнтона. И я тоже хотел бы как-то посочувствовать дочке вдовы Тайлер, но она мертва вот уже два с половиной столетия, если не больше.

Я вышел, а через десять минут снова сидел в читальном зале, перекусывая бутербродом с ветчиной, политой из тюбика горчичным суррогатом, запивая бутерброд виски с содовой водой, и продолжал знакомство с дневником Андерхилла.

Подбираясь к концу 1685 года, я ощутил, что характер записей меняется. Обзор прочитанных книг стал короче, некоторые труды удостаивались лишь пометки в том смысле, что они полезны или не представляют интереса для какой-то цели, суть которой Андерхилл не объяснял. Поначалу мне показалось, что она связана с четырнадцатилетней Тайлер, которая, как упомянул Андерхилл – тоже кратко, – «возвращалась в его объятия» примерно раз в неделю, или относится к другой девочке по фамилии Дичфилд (меня злила эта его манера не запоминать их имена) двенадцати лет, которую он заманил в свои сети в начале декабря с помощью тех же, не сомневаюсь, ухищрений, хотя на этот раз он не стал вдаваться в подробности. В этот период Андерхилл явно проявлял больше интереса к своей «цели» или, как начинаешь понимать из его записей за январь 1686 года, уже к нескольким целям. И теперь, когда я был бы только рад услышать более подробный комментарий о тех книгах, которые он читал, Андерхилл стал упоминать лишь только автора и заглавие, зачастую в сокращенном виде, тем самым доводя меня до бешенства. Я не мог почерпнуть ничего полезного для себя, например, из следующего: «Гео. Верул. О духах и т. п.», кроме разве что вывода о том, что Андерхилл с прежним постоянством продолжает свои таинственные изыскания.

Потом в записи за 29 апреля 1686 года я прочитал следующее:

Должен отринуть от себя плотские удовольствия и все подобные дела (на данный период). Усовершенствовал свой метод, с помощью которого, возможно, отпадет необходимость остерегаться тех, кто доставляет мне хлопоты. Место выбрано подходящее (т. е. самая чаща, мрак, густые заросли и в изобилии деревья). То, чем я теперь обладаю, нужным заклинанием выпущенное на свободу, вне всяких сомнений, даст в мои руки власть, какой еще не видывали в этом королевстве, даже в его средневековую эпоху и до вторжения норманнов, а знали только в дикие времена, видевшие зарождение нашего народа, еще до служения Господу нашему Иисусу Христу, когда люди поклонялись только деревьям и кустам (в своем глухом невежестве или в своей мудрости? Помят.: обдумать тщательно последнее и со временем изложить свое суждение). Я благодарю Случай, который noaiaji мне это орудие власти, и Разум, который подсказал мне, в чем будет верное ему применение.

Что до моей второй, более высокой цели, даже не высокой, а, полагаю, безмерно великой цели, я не стану пока распространяться, лишь замечу следующее: тот, кто постигнет мой замысел, обязательно поймет также тайну того вечного вместилища, в котором я захоронил то, что поможет ему в осуществлении этой цели и постепенно откроет ему Тайну, которая сделает его Господином над собой, а кто способен быть своим собственным господином, тот будет господствовать над всем живым (vide Cars. Voldemar Prov., Verum Ingenium).

Эта запись занимала почти всю правую страницу дневника. Когда я перевернул лист, обнаружилось, что там больше ничего нет, остальные двадцать – тридцать страниц блокнота чистые.