На стенах знамена и гирлянды из черепов, нанизанных на цепи. Обстановка, в общем, праздничная. Но все это я отмечаю краем глаза.

— Тут был бой, — говорит очевидное Илья. — Жаркий бой.

Глава 15

Тайны и приключения — как американские горки. Подходят только для людей с крепким желудком.

— О, сотник нашелся, — радостно сказала Софья. — А то я уже переживать начала.

— Точно сотник? — засомневался Велимудр.

— Мундир выдает его с головой, — сказал Канцлер. Мне показалось, что он иронизирует. И вообще, он заметно веселее двигался, походка стала молодой, пружинящей. Судя по походке и голосу, прогулки по подземелью ему на пользу. Кораблики надо мной вереницей потянулись в портал, выстраиваясь над Канцлером в ромбообразную формацию, как рой военных дронов.

— А где голова, кстати? — снова проявил своё неуемное любопытство Велимудр.

— Вон, — забывшись я ткнул пальцем. Они же не видят. Пришлось говорить голосом, слегка повысив тон:

— Смотрите, справа, там где друг на друге трое лежат. Там голова, не та, которая расплющена, а которая в кишках застряла, видите?

— Четверо, — поправила меня педантичная Софья. — Их там четверо.

— Двое и две половинки, — из чистого упрямства сказал я. Ладно, она права. — Технически, то есть, вернее будет, четверо.

— Технически? Забавное словцо, — пробормотал канцлер. — Так, Госпожа Софья, станьте за меня. Господин Вели…

— Буууэээээ, — раздалось сзади. Звук был такой громкий, что я перестал слышать, что там говорит Канцлер. Да еще и шел по нарастающей. Я раздраженно обернулся. Это галерка, наконец, рассмотрела место “жаркого боя”. Или просто до них наконец дошло, на что они смотрят. Произошла типичная, в таких случаях, ситуация. Первой не выдержала служанка и извергла содержимое желудка на сидящих впереди пацанов. Это вызвало цепную реакцию — блевать стали все. Обе тетки, два пацана, мужики с топорами. Последние, хотя бы в стороны. Пацанам крупно не повезло — могучим потоком рвотной массы их не то что окатило, к полу прижало, как будто под водопад попали. Рвотаопад, в их случае. Пацаны кричали "не надо", пытались спастись, отскочить. Но рвотные спазмы делали их неуклюжими, их руки скользили, они падали, пытались подняться и падали еще более неудачно, запуская новый цикл рвоты. И у себя и у оуружающих.

Странное дело, стоит только нескольким людям в прямой видимости начать блевать, как тут же начинаются рвотные спазмы и у свидетелей этого. Заразно, как зевание. Девушки отбежали в сторону, тихо и интеллигентно блевали в уголке, трогательно придерживая друг другу волосы. Илья тоже отошел в сторону и сейчас стоял согнувшись, уперев руки в колени, с тем непередаваемым выражением лица человека, пытающегося усмирить восставший желудок. Смесь крайнего напряжения воли и растерянности от предательства собственного организма. Илья держался стойко, но увы, он проиграл эту битву.

Куда лучше справился Драко. Он отвел взгляд в сторону и стоял бледный, как простыня, прижав к лицу тряпку, которой вытирал стол. Но лучше всех, не считая меня, держался Сергей. Он был бледно-зеленый, как молодой листочек, и дрожал, как на ветру. Смотрел в портал большими глазами, но еду в себе удерживал.

Нет, их можно понять. Ощущение такое, что полсотни людей в мундирах охраны Лицея пропустили через миксер. Рубили не в фарш, а на кусочки. Порубили и разбросали по половине зала. Такое зрелище не каждый без последствий может пережить, просто у меня в военную подготовку входило психокоррекция — я же в штурмовой группе числился.