Николь объяснила женщине за конторкой, какое у нее дело.

— Присядьте, пожалуйста, вон там, милочка, — сказала та и нажала три цифры на своем аппарате.

Николь присела на стул необычной конфигурации и попыталась успокоиться. Только бы Джеймс не заметил, как она нервничает.

Секретарша положила трубку.

— За вами выйдут ровно через минуту.

Хоть через час, подумала Николь, взглянув на табличку на ближайшей двери: «Только для руководящего состава».

Интересно, какую тактику он изберет на этот раз? Может быть, поведет себя вежливо и сердечно, предоставив послушным, раболепным сотрудникам показать ей пример. Да нет, вряд ли, подобные тонкости не для него. Неприкрытые угрозы больше в его характере.

Она не успела додумать эту мысль до конца. Дверь открылась, и на пороге появился Фрэнк Петерсен. К карману его рубашки была прикреплена пластиковая карточка с именем. Вот неожиданность… Николь радостно улыбнулась.

— Привет, Ники! Ну-ка угадай, что произошло? Молодой Джеймс еще занят на каком-то собрании, вот он и велел мне показать тебе фирму. Представляешь, такая удача!

Николь чмокнула его в щеку.

— Вы мой спаситель!

— Ты когда-нибудь видела сборку самолетов?

Она покачала головой.

— Ну тогда я сделаю все возможное, чтобы тебя поразить.

Николь счастливо рассмеялась.

В течение часа Фрэнк водил ее по цехам и рабочим площадкам. В некоторых, как, например, в цехе электронной сборки, царила строгая рабочая тишина. А в главном сборочном, где рядами стояли наполовину собранные корпуса самолетов, похожие на скелеты огромных динозавров, стоял неимоверный шум. При виде Николь рабочие начали громко свистеть и колотить о ящики с инструментами.

Фрэнк обернулся к ней. В глазах его появился озорной блеск.

— Если у нас сегодня выработка снизится, я буду знать, чья это вина.

Николь смутилась еще и от того, что на ней короткое платье, в то время как все остальные в рабочих комбинезонах.

Фрэнк последовал дальше, объясняя на ходу, как модели самолетов проходят испытания в ветровом туннеле. Самолет, который она видела раньше, как раз возвращался после такого испытательного полета. Они наблюдали, как он заходит на посадку между экранами контрольной башни.

Весь завод выглядел безупречно чистым и прекрасно организованным. Стены выкрашены в яркие цвета, как бы заряжавшие энергией. И еще Николь заметила, что офисы руководящего персонала ни в одном отделе не выделены в специальные помещения, Чаще всего они находились в общих рабочих цехах, отгороженные лишь тонкими перегородками. Она сказала об этом Фрэнку.

— Мы считаем, — ответил он, — что руководители должны быть тесно связаны с производством постоянно, изо дня в день.

Не было необходимости спрашивать, чья это идея. «Тесно связаны», по-видимому, означает неусыпный контроль и беспрестанные понукания. Она решила оставить эти мысли при себе.

Как-то уж слишком быстро они подошли к административному корпусу. Еще несколько поворотов — и они оказались у открытой двери с табличкой, на которой значилось просто: «Джеймс Бентон». Николь поблагодарила Фрэнка, потом смотрела ему вслед, пока он не скрылся из вида… как последняя спасательная шлюпка с тонущего корабля.

Набрав в легкие побольше воздуха, она повернулась и вошла в дверь. Однако сразу же остановилась как вкопанная. На нее смотрели холодные, как льдинки, ярко-голубые глаза, принадлежавшие женщине за секретарским столом. Джекки Фолкнер как гласила табличка.

Растерявшись от этого недружелюбного взгляда, Николь не могла придумать, что сказать. Выражение лица секретарши как бы говорило, что ей, Николь, лучше всего повернуться и выйти.