|
— Я сказал Салливану и Митчу, что хотя и хотел бы дать им немного времени, я не собираюсь позволить скрывать все это или замалчивать. Так или иначе, завтра к полудню твоя репутация будет восстановлена, и неважно, кто пострадает. Я не позволю посадить тебя за решетку.
Он говорит совершенно серьезно, поняла она. Он совершенно ясно давал понять, что она для него важнее всех. От понимания этого ею вдруг завладело странное чувство. Никто никогда не вступал ради нее в битву, а теперь, меньше чем за неделю, Ник ввязался из-за нее в барную драку и собирался обвинить уважаемого члена общества в воровстве. И все ради нее.
— Хорошо, — сказала она. — Передай Митчу и Салливану, что я подожду до завтра.
— Спасибо. Они будут благодарны.
— Я должна им хотя бы это, — сказала она. — Хотя бы из-за тетя Клаудии. — Она выглянула из-за его плеча. — Я, пожалуй, пойду. Людей все больше, и похоже, печенье закончилось.
Она начала обходить стену его плеч.
— Я хотел сказать тебе еще кое-что, прежде чем ты сбежишь, — тихо произнес он.
Она оглянулась на него, думая о том, что надо достать еще печенья. — Да?
— Кое-что, о чем мне стоило сказать в ту первую ночь на выставке Лилиан. Кое-что, о чем я знал уже в то время. Кое-что, о чем я знал все это время. Просто не совсем понимал до недавнего момента. Наверное, потому что я несколько отвык от этого.
— И что же?
— Я люблю тебя.
Она уставилась на него, раскрыв рот. — Ты лучше иди займись печеньем.
Он оттолкнулся от стены и исчез в толпе.
— Когда у тебя будет своя собака? — спросила Анна.
— На мой день рождения, — ответил Карсон. — Когда щенки подрастут, и их можно будет забрать. Папа говорит, что мы поедем в Портленд, и я смогу выбрать одного. Уинстон родился там же.
— Как ты собираешься его назвать?
— Не знаю. Я пока думаю.
— Когда ты привезешь его сюда, в Эклипс-Бэй, можно мне будет на него посмотреть?
— Конечно, — сказал Карсон, чувствуя себя очень великодушным. — И можешь придти на мой день рождения.
— Хорошо. А ты хочешь придти на мой?
— Да, — отозвался Карсон. — А когда он?
— Пятнадцатого августа.
— Я приведу с собой свою собаку, — пообещал Карсон. И посмотрел в другой конец комнаты, где стоял Джереми и разговаривал с Ханной и бабушкой и дедушкой Анны. — Он будет твоим новым папой?
— Может быть. — Анна откусила кусочек печенья. — Маме он, по-моему, очень нравится. Бабушке и дедушке тоже. Мама говорит, что у них хороший вкус в том, что касается мужчин, и на этот раз она собирается их послушать.
— Мне он тоже нравится. А тебе?
— Угу. — Анна с жаром кивнула. — Прошлым вечером он приходил к нам обедать, и мы все смеялись, а потом играли в настольные игры. Ему понравились мои рисунки. Было здорово. — Она посмотрела на Октавию, которая шла через комнату к столу с печеньем. — Мисс Брайтуэлл будет твоей новой мамой?
— Думаю, да, — ответил Карсон. Затем нахмурился, все еще немного тревожась о сложившемся положении. — Если только папа снова чего-нибудь не испортит.
Незадолго до окончания вечера Октавия заметила братьев Уиллис.
Она хотела пожелать им приятного вечера и поблагодарить их за то, что те пришли на выставку, когда вдруг вспомнила о таинственном ключе, который нашла в шкафу.
— Торранс? Уолтер? У вас есть время для короткого разговора?
— Хотите что-нибудь здесь переделать? — Уолтер задумчиво оглядел галерею. |