-  Выйдем в холл.

    Они вошли в оранжерею, стали возле огромного, во всю стену, окна. Александр Воинов подумал, что нужно сказать матери о своих планах.

    -  Мама, Тут есть одна девушка. Я хотел бы, чтоб вы позна…

    Заира Дзахова, подняв руку, прервала его:

    -  Подожди. - Ей не хотелось мельчить ситуацию разговором о каких-то девушках. Не так уж часто такое бывает, когда выдающийся ученый современности Заира Дзахова беседует со своим сыном - тоже выдающимся современным ученым. - Подожди. Ты знаешь, зачем здесь, внизу, собрались люди?

    Он вдруг сообразил. О господи, проект «Ясновидение»! Тот, в котором он сам принимал участие. Так, значит, это сделано.

    -  Знаю. Насколько я понял…

    -  Да, ты правильно понял. Но я должна сказать тебе несколько слов. Ты будешь в первом десятке тех, кто войдет в камеру облучения. Ты должен знать, что еще…

    Он с тоской подумал, что ему предстоит выслушать лекцию, где будут и кумекая сивилла, и островитяне Торресова пролива, и «свертки времени», и Эйнштейн, и всякое-всякое.

    -  …еще халдейская сивилла Сабба…

    -  Заира Алиевна! - кудрявая секретарь возникла рядом.

    -  Минутку! - мать энергично отмахнулась смуглой рукой.

    -  Заира Алиевна, вас к телефону. Париж. Это относительно февральского конгресса.

    -  А… Подожди меня здесь, Александр. Я сейчас.

    Она вернулась через четверть часа.

    -  Так вот, еще вавилонские мудрецы…

    -  Заира Алиевна! - Секретарь опять была рядом.

    -  Да?

    -  Пришли из финского женского журнала. Насчет того интервью.

    -  А… Подожди меня две минуты.

    Он подождал двадцать, затем вместо матери вышла секретарь.

    -  Александр Викторович, пройдите, пожалуйста, на облучение. Заира Алиевне вас потом встретит.

    Он отправился в камеру и через полчаса вышел побледневший. Десятки образов толпились в сознании, но, оттесняя другие, упрямо выплывало злобное мужское лицо с маленькими глазками и рядом девичье.

    Дзахова поднялась навстречу ему из кресла.

    -  Так вот, я хотела тебе сказать, мальчик мой, что давняя мечта человечества…

    Он посмотрел на нее безумно.

    -  Мама? У тебя машина здесь?

    -  Здесь… Но мальчик мой…

    -  Дай мне сейчас же ключ. Это страшно важно. Извини. Не позже чем через сорок минут мне нужно быть в гостинице «Украина». Вопрос жизни и смерти для меня.

    Она машинально вынула из кармана ключ, затем посмотрела ему вслед разочарованно. Поговорили. Вот так оно и получается всю жизнь: либо у нее нет времени, либо теперь у него. Она его, собственно, и видела-то очень мало за эти двадцать пять лет. С досадой подумалось: «А был ли мальчик?»

    Александр выскочил из гостиничное лифта, как выстрелил себя. Схватил на столе у дежурной телефонную трубку.

    -  Мистер Брейген?.. Это Александр Воинов. Выйдите ко мне. Понимаю, что вы заняты, но я должен поговорить с вами сию минуту… Да-да, я здесь, на этаже…

    Встревоженно бегающие глазки Брейгена как-то не вязались с могучей уверенной роскошью гостиничной обстановки.