Наконец я распознал массивный стол с флагами США и штата на флагштоках. На краю кадра виднелись две фигуры. Когда они сдвинулись к центру, оказалось, что это Малатеста и Вунч. Перед судьей лежала пачка документов. Как позднее выяснилось, решения по различным делам. Сильвио внимательно вглядывался в бумагу сквозь свои знаменитые очки, затем ставил внизу подпись. Нависая над его плечом, Уолтер забирал подписанный документ. Иногда Сильвио делал короткие замечания, то ли для Уолтера, то ли для себя. По этому иску назначено урегулирование с помощью переговоров. А дело Гуинн, наверное, продлится целую вечность. Уолтер поражал своей мягкостью и доброжелательностью. Куда подевались его желчность и скептицизм? Судья работал, а Вунч взрывался комплиментами по поводу мудрости принятого решения.

— Надо же, какой подхалим, — заметил Робби.

Вошел Клекер, и Стэн жестом попросил его прокрутить пленку вперед. Теперь в руке у Малатесты была какая-то бумага.

— Что это, Уолтер?

— Иск Драйдека. Судья, вы его уже смотрели. Вчера вечером, после того как адвокат ответчика принес свои бумаги. Помните? Там еще защита утверждает, будто коровы напустили газу, который взорвался. В общем, обычная чепуха. У них нет никаких шансов.

Малатеста поставил палец в центр оправы очков и толкнул их назад, подальше на нос.

— Уолтер, как вам удается держать все дела в голове? Я и половины не могу запомнить. Это просто счастье — иметь такого помощника, как вы. Напомните мне об этом деле позднее.

Уолтер объяснил, что Фивор просит срочно рассмотреть свидетельские показания инженера, поскольку тот находится при смерти.

— Уолтер, но я ничего не помню.

— Судья, вы же все внимательно прочитали.

— Прочитал? — Сильвио рассеянно подтянул рукава, обнажив тощие руки. — Уолтер, давайте покончим с остальными предписаниями. Мне не хочется в конце дня наделать досадных ошибок.

Когда Малатеста подписал оставшиеся предписания, Уолтер снова напомнил о ходатайстве Робби. Судья прочел бумаги и покачал головой:

— Уолтер, это очень сложный вопрос. Я не уверен, что доводы защиты безосновательны.

Макманис утверждал, будто несправедливо рассматривать только показания одного инженера, не принимая во внимание показания других работников компании. Если Фивор хочет ускорить процесс рассмотрения, пусть форсирует экспертную проверку.

— Вы правы, судья, — произнес Уолтер после непродолжительного молчания. — Но тут надо учитывать вот что. Адвокат истца, Фивор, грозится подать жалобу в Апелляционный суд.

Малатеста откатил свое кресло назад.

— Неужели?

— Да. Такое у меня создалось впечатление. Утверждает, что без рассмотрения показаний инженера не может продолжить работу. И если вы откажете в рассмотрении, пойдет прямо в Апелляционный суд.

— Вот, значит, как… — Малатеста прикрыл рот и снова принялся изучать ходатайство Робби.

— Судья, зачем вам эти сложности? Удовлетворите ходатайство истца, рассмотрите показания инженера. Если в них нет ничего особенного, то Фивор проиграет. А если это действительно важно… ведь Апелляционный суд ваши решения никогда не отменял. А здесь защитник явно хочет скрыть нежелательные показания свидетеля.

— Уолтер, у меня своя голова на плечах.