|
Голоса казались чужими и незнакомыми. — Идем! — развернулся лицом к друзьям Сергей. — Болота там. И они пошли в ту сторону, где скрылся лось. Сочился влагой мох. За друзьями оставалась цепочка вмятин, которые быстро наполнялись ржавой болотной водой. Сергей, выставив перед собой клинок, двигался первым. За ним, стараясь держаться поближе, шел Глеб. Он тоже обнажил меч, но нес его на плече — слишком тяжело было держать оружие на весу. Иван с палицей наготове шагал последним. Он то и дело оглядывался за спину, на четкую нитку предательских следов, на тени среди стволов, на сами стволы. Ему постоянно казалось, что кто-то идет за ним. Он был готов поклясться, что уже не раз явственно слышал чавканье раскисшей почвы под ногами преследователя. Уже неоднократно он замирал, готовый к нападению, и товарищи его тоже вставали, напряженно вслушиваясь в тишину леса, но все было тихо, никто не показывался, и они шли дальше. К болотам. Но — странное дело! — стоило Ивану вновь сделать первые шаги, как он опять начинал слышать звуки преследования. Может, это просто проделки эха? Примерно через полчаса они вновь наткнулись на лося. Сергей встал. — Как думаете, это тот самый? Прямо у них на пути, возле двух деревьев, свившихся стволами, лежала бесформенная груда. И если бы не рогатый череп и не клочья шерсти, разбросанные вокруг, то, возможно, они приняли бы эти останки за обычную болотную кочку и прошли бы мимо. Но здесь воняло. Сильно и тошнотворно. — Даже если это и другой лось, — сказал Глеб, — то он тоже еще совсем недавно был жив. Посмотрите, шерсть не успела намокнуть. — Верно. Эта тварь была здесь. — Она весьма плотно пообедала, — сказал Иван. — Это хорошо. Возможно, что с набитым брюхом она станет медлительной. — Эх! — Иван был расстроен. — Уж теперь-то она на нас не клюнет! — Не торопись с выводами. Друзья обогнули смердящую груду. — Смотрите! — сказал Сергей, указывая на землю острием меча. На мшистом влажном покрывале ясно виднелась цепочка странных следов — многочисленных и ни на что не похожих. Невозможно было определить длину шага существа, что оставило эти следы, и потому нельзя было сделать вывод о его истинных размерах. Теперь друзья знали, куда идти… Чем дальше они продвигались, тем более чахлыми становились деревья. Сквозь поредевшие кроны уже виднелись светлые лоскуты неба, и стволы не уходили так высоко вверх. Напротив, они изгибались замысловато, сплетались меж собой ветвями, сцепляясь корнями, душили друг друга. Лес был болен. Мшистая почва ходила под ногами, колебалась волнами. — Болота, — объявил Сергей. И Глеб увидел сквозь просветы впереди белые тросточки сухих берез, вкривь-вкось торчащие на изумрудно-зеленом, идеально ровном лугу. Трясина манила своей гладкой зеленью. Там светило солнце, было так чисто и уютно. Но друзья знали, что под этим ровным ковром спряталась жадная, вечно голодная бездна. — Что теперь? — Иван посмотрел на солнце. До заката оставалось еще несколько часов — слишком мало, чтобы успеть вернуться на равнину. — Пойдем вокруг, постепенно по спирали расширяя зону поиска… Они потеряли след у самых болот. Почва на границе леса и трясины подсохла под лучами солнца и была слишком твердой. |
