«Удовлетворит» в данном случае рифмовалось с «приговорит».

Несколько низких стонов привлекли его внимание. За ними последовала смесь горлового рычания, возни и мяуканья. Звучало так, будто кошки занимаются любовью.

Большие кошки. Джордана охватила тоска, когда он осознал, что джунгли были метафорой для всего тайного и связанного с половым влечением в цивилизованном мире.

У людей были те же потребности и желания, но они не осмеливались упоминать о них даже шепотом.

Джунгли кричали о них.

Звуки спаривания. Голод на каждом доступном уровне. Оргия.

И угадайте, кто в центре этого всего с женщиной, которая отказывается одеться. Которая, кажется, даже не осознает, что обнажена.

— Послушай, — резко произнес Джордан. — Ты больна. Тебе нужна медицинская помощь.

В его грузовике была медицинская сумка, но он не хотел говорить ей об этом, потому что припрятал там еще кое-что.

— Со мной все будет в порядке, — настаивала Анджела. — Все, что мне нужно, это отдохнуть минутку, а твое тело такое прохладное и приятное.

Его тело пылало, как гончарная печь. А какой мужчина не чувствовал бы того же, когда мучительно-прекрасное создание тает и растекается на нем? Ее голос был таким же нежным, мягким и пылким, как и ее полупрозрачная кожа. Джордан мог видеть голубые жилки на ее закрытых веках, на плавно поднимающейся груди, на руке, которая упала на его связанные бедра.

«Боже, покончи с этим, женщина. Убей меня и избавь от мучений».

Очередное крещендо воя и шипения вторило его чувствам. Спаривающиеся животные снова взялись за дело. Но Анджела пребывала в неведении относительно и примитивного шума, и его страданий. Через несколько секунд она сонно подняла голову и посмотрела на него. Она казалась сонной и милой, но с ней было не все в порядке. Горячие красные пятна размером с долларовые монеты выделялись на бледных щеках, глаза застыли в трансе, отчего она стала похожа на антикварную фарфоровую куклу. Боже, как он хотел, чтобы она прикрылась, или чтобы он смог освободить руки.

— Анджела, — сказал он в надежде, что голос звучит достаточно убедительно, чтобы пробить ее вялость. — Ты должна развязать меня. Сними веревки, и я помогу тебе. Я тебе помогу.

— Я знаю, — тихо сказала она. — Знаю, что поможешь, но сначала я хочу кое-что сделать.

— Что?

— Это. — Она обхватила себя руками и откинулась назад, взглянув на него так сосредоточенно, что ему стало тяжело нормально дышать.

Он следил, как взгляд девушки скользнул вверх и задержался на его волосах. Представляла ли она, каково это — пропустить жесткие пряди между пальцами? Он знал, что мягкость его волос удивит ее. Кожу головы покалывало в предвкушении, и что-то шевельнулось глубоко в желудке. Ощущение было настолько примитивным, что заставило его задуматься о змеях, которые ползали по джунглям.

Их взгляды встретились, и ощущение усилилось.

Джордан больше не контролировал реакции своего тела: их контролировала она. Один ее взгляд вызывал внутри него дрожь. Знала Анджела или нет, но она обладала фантастической силой, достаточной, чтобы Джордан усомнился в правильности своего диагноза. Возможно, это был не шок; может, здесь творилось что-то другое.

Дуновение холодного воздуха заставило его резко поднять голову.

— Что ты делаешь? — Он подумал, что Анджела подула на его губы, но она дотронулась до них пальцами.

Кончиками пальцев она исследовала его губы.

Она всего лишь прикоснулась к нему, а все равно посыпались искры. Это походило на золотой дождь, возникающий при контакте паяльной лампы и металла.