— Но мы прекрасно понимаем, Вадим Витальевич, что нельзя от человека требовать что-либо, ничего не обещая взамен. Поэтому наша структура предлагает вам, начиная с сегодняшнего дня и до завершения дела, на что может понадобиться несколько лет, ежемесячное вознаграждение… — не знакомец на переднем сиденье задумался. — Сколько вы сейчас получаете в своём институте?

Прохоров, слегка сконфузившись, ответил. Сумма и впрямь была мизерной.

— Как можно жить с женой и ребенком на такиегроши? — ужаснулся мужчина. — Хорошо, начиная с сегодняшнего дня вы не будете ни в чем нуждаться, но я не хочу, чтобы посторонние, в том числе и жена, заметили перемену в вашем поведении. Скажите ей, мол, подняли зарплату в два с половиной раза, как хорошему специалисту. И дождитесь перевода. Потом получите новые инструкции. А реально я предлагаю вам, Вадим Витальевич, до момента вашего перевода на новое место десять тысяч долларов в месяц. Устраивает?

Прохоров даже зажмурился, настолько неправдоподобно высокой оказалась оценка его труда со стороны неизвестной «структуры». И это при том, что ничего, выходящего за рамки его обычной работы, даже не придется делать! И Дашеньку отдадут уже через час, а то и раньше!

— Да, спасибо! — не своим голосом выдавил он, даже не веря, что такое вообще возможно.

— Как только узнаете о переводе, сразу же начинайте ходить на работу в галстуке.

— Но я никогда не носил галстуков!.. С тех пор, как закончил институт…

— Ничего страшного, купите, — отмахнулся собеседник. — Вот деньги, — и он протянул, не глядя, через плечо толстую пачку российских рублей. — Здесь сумма, равная двум тысячам долларов. Остальное через четыре недели. Вы все поняли насчёт денег? — строго спросил мужчина.

— Да, спасибо, да. — Дрожащей рукой Прохоров взял деньги, не зная, что с ними делать.

Внимательные карие глаза в зеркале заднего вида нахмурились.

— Спрячьте! Хотите, чтобы ударили по голове в первой же подворотне?

— Извините, извините… — Вадим Витальевич торопливо сунул деньга во внутренний карман видавшего виды серого пиджака. — Где я могу найти Дашеньку?

— А теперь слушайте меня внимательно. Нам, как вы понимаете, нужны гарантии. Поэтому мы дали вашей дочери специальный препарат, который ввели в обычную конфету…

— Ч-ч-что?!! — снова дернулся Прохоров, но сидящие по сторонам «шкафы» вдавили его в сиденье.

— Не надо так психовать! — разозлился неизвестный собеседник. — Он совершенно безболезнен и безвкусен, к тому же его невозможно определить по анализу крови или любому другому. Ваша дочка будет нормально себя чувствовать, если один раз в неделю ей давать таблетку противоядия, которая будет регулярно появляться в вашем почтовом ящике, в упаковке.

— А если вдруг…

— В таком случае через десять дней девочка перестанет ходить, через две недели — разговаривать и есть, а через месяц умрет! И никакие врачи не помогут… Препарат неизвестен обычной науке и создан специально для подобных целей нашими фармацевтами. Ему нет аналогов. Зато если мы находим общий язык с интересным вам человеком, то рано или поздно даем ему маленькую ампулу. Один укол — и больше ни препарата, ни еженедельного приема таблеток. Очень удобно, не так ли, Вадим Витальевич? — По растянувшимся в зеркале глазным щелям Прохоров понял, что собеседник его улыбается.