Послышался негромкий разноголосый шум, в котором выделялись отдельные чуть более громкие голоса. Люди горячо обсуждали предложение отца Каспера. Ребята конечно же не принимали участия в этом обсуждении. Дэнни напряженно вслушивался в негромкие напряженные переговоры. Всего несколько минут назад он чувствовал сонливость – сказывалась предыдущая ночь, проведенная практически без сна (днем он вообще‑то несколько раз вздремнул минут по двадцать – тридцать, но этого было недостаточно), нервное напряжение, потеря отца и последовавшее за этим переселение. Но сейчас, после предложения отца Каспера, сон как рукой сняло. Дэнни чувствовал, что Фред Гринэм тоже напряжен как струна. Они оба понимали, что их планы на завтрашнее утро сорвутся, если взрослые решат, что разумнее будет перебраться на другое место. И если Дэнни еще мог как‑то с этим смириться, то для Фредди это было бы выше его сил. Он сердито сопел, и Дэнни подумалось, что его друг сейчас не очень‑то ласково отзывается про себя об отце Каспере. К счастью, после недолгого обсуждения почти все согласились с тем, что лучше ничего не менять: от добра добра не ищут. Решение было практически единодушным. Кто‑то высказал предположение, что мистер Гарднер больше не будет стрелять, ведь за последние четыре‑пять часов он не выстрелил ни разу.

– Да будет так, как вы решили, друзья мои, – важно сказал преподобный Каспер; заметно было, что он доволен. По‑видимому, у него свалилась с плеч немалая ноша – легко ли на ночь глядя помогать перебираться в безмолвной спешке почти двум десяткам человек. Конечно, главная причина, по которой он предложил уйти отсюда, заключалась в Гарднере. Хозяин «Всякой всячины» мог устроить настоящий ад для тех, кто находился в аптеке. Пока же длилось затишье, можно было спокойно уйти, но большинство решило, что раз Гарднер еще днем не направил свой гнев на аптеку Маркуса, то завтра этого тем более на случится. Кое‑кто даже предположил, что у него кончились боеприпасы; мистер Гарднер и в самом деле пустил по муниципалитету какое‑то немыслимое количество пуль.

– Я понимаю вас, – продолжал отец Каспер. – Мы все понервничали сегодня достаточно, чтобы сейчас вновь отправиться навстречу неизвестности. Я даже рад, что вы решили ничего не менять. Может быть, волею Господа, мистер Гарднер одумался. На его совести уже одна жизнь человеческая, и ему очень сложно будет войти в узкие врата. К тому же, друзья мои, нам неизвестно, какая нечисть опустилась на землю вместе с тьмой. Вы все знаете мистера Инса? Он еще засветло отправился на своей машине к дому своего друга мистера Бродина. Он позвонил нам, мы его пытались отговорить, но он заявил, что мистер Бродин болен, у него перелом ноги. Жена уехала к родителям (у нее умер отец) в Массачусетс, и мистер Бродин остался один с восьмилетней дочерью. Инс очень надеялся, что они еще живы и он поможет им. Их дом находится на Джексон‑стрит недалеко от Восточной. И вот мистера Инса, как и людей шерифа, до сих пор нет. Я молю Бога ежесекундно, друзья мои, но вы должны быть осторожны. Ни под каким предлогом не выходите отсюда, особенно ночью. Доктор Лок сообщил мне… – Отец Каспер замолчал, по‑видимому обдумывая, как лучше передать слушателям то, что сказал ему доктор. – Очень может быть, что по городу бродит странная тварь. Он говорит, что вчера ночью был свидетелем (вместе с шерифом и его заместителем) того, как что‑то убило мистера Клинга и Бена Ламбино в окружном морге. – При этих словах какая‑то женщина, как показалось Дэнни, мать Фреда, вскрикнула; послышались тревожные голоса. Дэнни вдруг подумал, что такого он никак не ожидал. Почему мистер Лоулесс ничего не сказал ему? Впрочем, в такой суете о многом забываешь.

– Доктор сначала молчал об этом, потому что не был полностью уверен. Шериф не видел своими глазами эту тварь, но, по его мнению, таинственный убийца – не человек, – пояснил отец Каспер.