Харин вздыхает. Так она и думала. Она смотрит на голову Ри Тэсо, кривит губы, почти готовая бросить кусок мяса себе под ноги и яростно растоптать. Ну и урод же ты был, Ри Тэсо.

– Выходи, – говорит Харин, обращаясь не к детективам, а к призраку малыша. Его не видно в свете фонарика, так что Харин выключает его и повторяет уже громче: – Выходи, тебя никто здесь не тронет. Твой убийца мёртв.

Тхэджагви выскальзывает из дверного проёма: крохотное облако, по форме напоминающее дитя, мальчика лет трёх от силы. У него тёмные волосы, облепляющие худое лицо, тело обмотано в тряпки. Он идёт, шатаясь, хотя ноги не касаются пола и скользят в футе над ним.

Тэун и Юнсу выскальзывают из темницы следом, подслеповато щурясь.

– Эй, малыш, – зовёт призрака Харин. Опускается перед ним на колени, бросает в сторону голову Ри Тэсо, словно мусор. – Давно ты здесь?

Малыш кивает и оглядывается на детективов, что его выпустили.

– Они тебя не тронут, – понимает Харин без вопросов и смотрит на детективов поверх головы мальчика. – Это тхэджагви, призрак ребёнка.

– Мы поняли, – говорит Тэун за двоих. Харин встаёт, протягивает Тэуну фонарик.

– Идите наверх, захватите только голову этого урода, – просит она. – Я поговорю с мальчиком и поднимусь.

Юнсу безропотно подчиняется, Тэун же остаётся стоять над Харин, прямо рядом с ребёнком, которого не видит, и смотрит на неё сверху вниз.

– Он опасен?

Харин закатывает глаза.

– Нет, детектив. Это безобидный призрак.

Тэун кивает и только тогда делает шаг к лестнице.

– Не уходи, – говорит вдруг мальчик. Харин удивлённо хмурится.

– Точно? – спрашивает она.

– Точно, – отвечает ребёнок.

Харин вздыхает.

– Тэун, – зовёт она, – подожди. Ребёнок просит тебя остаться. Похоже, тебе теперь будет сопутствовать большой успех, детектив.

Несмотря на нетривиальные события и вполне объяснимую тревогу, Кван Тэун, смертный человек без мозгов, вдруг широко улыбается.

– А ты не знала, что я любимчик судьбы?

Испытывая горечь напополам с шипящей радостью, накрывающей её внезапно, Харин улыбается ему в ответ.

– Ну и дурак же ты.

* * *

Чтобы избежать столкновения с вызванным нарядом полиции, Харин в спешке покидает дом Ри Тэсо. Голову забирает с собой – «Вы всё равно ничего не сможете у него выведать, да ещё и объясняться придётся, почему этот кусок плоти не умер!» – и Тэун договаривается, что они встретятся вечером после смены.

Перед тем как уйти, Харин вручает детективу Квану невысокую вазу с закупоренным горлышком.

– Взяла первое, что в доме попалось, – объясняет она, – никому её не показывай и ни в коем случае не отдавай. Душа ребёнка сейчас там.

– Но почему я?.. – лицо Тэуна вытягивается от удивления, словно всё, что видел до этого, не вызвало в нём никаких эмоций, а тут, надо же, целый призрак в сосуде!

– Потому что ты его спас, – со вздохом отвечает Харин. Проводит рукой по стеклянному боку вазы, пальцы касаются вспотевших ладоней Тэуна, и он вздрагивает. – Он теперь привязан к тебе. Вечером расскажу, что с ним делать.

Домой Харин заявляется во второй половине дня, ужасно голодная и уставшая. Квартира встречает её тишиной и спокойствием – видимо, Джи ушёл к себе и заявится не раньше завтрашнего дня.

Плотный мусорный пакет с головой Ри Тэсо Харин водружает на стол, потом, подумав, подставляет под него миску, чтобы на чистую столешницу не просочилась кровь и остатки чего бы то ни было из черепа этого живодёра. Как с ним общаться? Харин при всём желании не сможет вернуть ему человеческую речь – восстанавливать мертвецов она не умеет, а иначе поговорить с Ри Тэсо не выйдет…

«Думай, лисица, думай».