«У меня было короткое детство».

«А, ну так слушай: лисья бусина – древний артефакт, ему…»

– Скажи честно, ты на службу в полицию по блату какому-то поступил? – врывается в диалог с пацаном голос Хан Союля. Тэун моргает. Гоблин вглядывается в лицо Тэуна, сидя напротив, и выглядит так, будто сожалеет о том, что вообще оставил детектива в своём кабинете, а не выгнал с напарником полчаса назад.

– Я не отсталый, если ты об этом, – медленно догоняет Тэун, подтверждая сомнения гоблина. Тот трёт шею, в вырезе рубашки блестит на неярком свету тонкая цепочка с медальоном.

– Тогда откуда у тебя бусина? – переспрашивает Союль.

«Ответь ему уже что-то, дядь».

– Харин поделилась, – послушно отвечает Тэун. – Вытащила меня как-то из залива, расцеловала всё лицо и бусину отдала.

Небо, а за ним и кабинет, и мертвенно-бледное лицо Союля расцвечивает яркая вспышка молнии, и тут же раздаётся оглушительный раскат грома. Остаточный треск проникает в офис и ложится на пол искрящимся слоем. Может токкэби управлять погодой, интересно? Всё, что Тэун выискал насчёт этого вида квемулей в интернете, не даёт полной информации о способностях Хан Союля, и потому Тэун рационально опасается, что чеболь-обманщик может вообще всё на свете.

«Ой, я забыл напомнить: токкэби может погодой управлять».

Главное, чтоб меч из груди не вытаскивал и не размахивал им перед лицом Тэуна, с остальным в моменте он как-нибудь справится.

Союль похож сейчас на вампира: заострившиеся от гнева скулы, полыхающие алым глаза.

Интересно, населяют ли вампиры корейский полуостров или этот вид занимает европейскую часть планеты?..

– Ты врёшь, – цедит Союль и скрещивает пальцы в замок. Те напряжены, бледнеют от силы, с которой токкэби стискивает руки. – И я узнаю всё рано или поздно, так что можешь не стараться. Важно другое… – он понижает голос, словно не оставил попыток напугать Туэна. – Верни Харин бусину. Ты, человеческий кусок мяса, даже не представляешь, какой опасности подвергаешь её. Кумихо без бусины слаба, одолеть её без защиты может любая тварь. Харин – упрямая девчонка и сама просить ни о чём не станет, и тебе, придурку, ничего не расскажет. Так что говорю за неё я. Верни ей бусину, пока не случилось чего плохого.

Если все предыдущие слова Союля Тэун делит надвое, то к этим прислушивается. Может, он ошибся, и нет в желудке Тэуна никакой бусины, но лучше уточнить обо всём у Харин, чем гадать, беззащитна сейчас лисица или нет. Внезапно вопрос, которым Тэун задавался долгое время, находит ответ.

Допустим, Тэун в самом деле ходит с бусиной кумихо, и это чужеродная сила посылает его телу сигналы в момент опасности, и это бусина подсказывает детективу Квану, где что искать, куда бить и как уворачиваться от пуль. Как давно?

Как давно он живёт с лисьей бусиной?..

Будто отзываясь на его подозрения, желудок сводит с новой силой, в два раза круче. Тэун, не сдержавшись, охает и сгибается пополам, чуть ли не падая носом в стеклянный журнальный столик.

– Что? – раздаётся над ним голос Союля. – Поджилки затряслись? Блевать тут от страха не вздумай, химчистку этого ковра не покроет и твоя годовая зарплата.

– Пошёл ты, мажор хренов! – давится словами Тэун. – Можешь сожрать мои ботинки, если думаешь, что меня испугает… Твою же мать!

Если бы Тэун не проходил медосмотр в рабочем режиме каждые полгода, то решил бы, что у него в желудке завёлся паразит. Может, он и подцепил какого-нибудь мифического червя, пока по коридорам дворца Тангуна бродил? Кажется, будто в пупок ему вставили рыболовный гарпун, вкрутили для верности в самый центр кишок и теперь дёргают изо всех сил, так что все внутренности цепляются за острые края крючков и прилипают к животу изнутри.