Имя, которое самой Харин ни о чём не говорит, вызывает вдруг тремор в теле Ву Гончи. Лиса замечает это краем глаза и поворачивается к нему и хмурится.

– Знаешь, получается?

– Тебе он зачем? – Ву Гончи плюёт себе под ноги и растирает слюну носком ботинка в песке и пыли. – О нём нехорошие слухи по району ходят, к нему соваться – гиблое дело.

– Оно тебя не касается, и я заплачу, как и обещала.

С этими словами Харин лезет рукой в сумочку из матовой чёрной кожи с тиснением. Достаёт оттуда две свёрнутых в рулон пачки денег, перехваченных канцелярской резинкой ярко-красного цвета, в тон ногтям Харин. И протягивает тысячу долларов Ву Гончи. Тот шумно сглатывает, берёт деньги двумя руками.

– Это задаток, – поясняет Харин. – Отыщете шамана Лю и приведёте меня к нему – получите ещё столько же. Идёт?

Ву Гончи пересчитывает деньги и Харин не слушает. Приходится щёлкнуть у него перед потным носом пару раз, чтобы жадюга моргнул хотя бы.

– Точно столько же получим, если к шаману отведём? – спрашивает он, облизав верхнюю губу. Харин жалеет, что не может обратиться с этой просьбой к старшему брату Ву Гончи – с тем явно дела иметь поприятнее, он хотя бы ответственный мужик. Но альтернатив лисице судьба не приготовила.

– Точно, – кивает она и мысленно стонет, потому что Ву Гончи скалится.

– Тогда готовь деньги, – говорит он внезапно и идёт отпереть двери кабинета. – Паки! Отведите госпожу Харин к сумасшедшему ублюдку!

Худой мужик и женщина-коротышка подпрыгивают от неожиданности – похоже, подслушивали, – и кивают одновременно.

– Есть! Идём, богачка!

Харин выходит от Ву Гончи, сверля того взглядом. Вот же хитрый скользкий… Впрочем, так даже лучше, не придётся ждать.

Вместе с парой Паков Харин покидает здание «Строительных услуг мистера Ву» и идёт следом за ними вдоль узкой улицы. Дождь прекратился, но солнце не успело выглянуть из-за облаков, потому и без того серые улицы Ыджонбу кажутся ещё мрачнее. Харин никогда здесь не нравилось, пригород столицы словно впитал в себя всю безнадёгу из гетто-районов Хансона и остался во временах нищеты и разрухи.

Необходимый Харин шаман Лю, оказывается, живёт на другом конце города, и к нему пара Паков везут Харин на старом седане цвета палой листвы. Тут пахнет дизелем, на старых кожаных сиденьях отпечатались сотни, а то и тысячи задниц, побывавших в салоне до Харин. Она садится, стараясь сохранить лицо, но, когда мужик Пак предлагает ей жвачку, не выдерживает.

– Чем это у вас тут воняет? – восклицает она, прилипая к боковому окну – стекло чуть приоткрыто, снаружи внутрь авто тянет влажный после дождя воздух. Паки обижаются, женщина Пак открывает рот, чтобы рявкнуть в ответ, но Харин кидает ей один предупредительный взгляд в зеркало заднего вида – и та проглатывает возражения. – Тангун Великий, вы в этой тачке трупы перевозите, что ли?

– Да, – кивает мужчина Пак.

– Нет, – отвечает женщина Пак.

Харин щурится. Шутят эти двое несмешно, да и на стендап-комиков не сильно похожи. Ладно, не её забота, что подчинённые у Ву Гончи под стать ему, тупые. Пусть довезут до шамана, а там Харин с ними распрощается.

Но всю дорогу до точки назначения Харин не отпускает скребущее ощущение какой-то подставы. С чем та может быть связана? Ву Гончи обманывать её не стал бы, да и незачем ему это – он без выгоды для себя палец о палец не ударит, а на тайные планы у него ума не хватит. Если Паки не покажут Харин шамана, та не одарит их ещё одной тысячью зелёненьких, так что привирать у них смысла нет.

«Если только…»

Смартфон, зажатый в руке, вибрирует от входящего сообщения.