Василий оторвался от экрана.

– Поговоришь?

Я встала.

– Давай адрес.

– Выйдешь из офиса – топай до первого перекрестка, – пробубнил Бурлаков.

– Наверное, на машине быстрее, – улыбнулась я.

– Нет, – возразил Вася. – В центре теперь повсюду одностороннее движение. Ничего не имею против мэра Москвы, он мне даже нравится. Хорды построил. Особенно приятно, что по Северо-Восточной москвичи бесплатно ездят, а остальным – денежки в кассу, пожалуйста. Прямо зауважал городского главу после такого решения. Наконец-то он вспомнил, что в столице есть коренное население, которое поддерживать надо. А то о белых медведях заботятся, гастарбайтеров, как родных, любят, а о тех, кто в Москве родился, учился и работает, забыли. Нас скоро меньше, чем полярных мишек, станет! И респект главе города, что старикам программу «Долголетие» сделал. У меня тетка то на танцы ходит, то на экскурсии ездит, то на концерты ей билеты дают, научилась компьютером пользоваться. И все бесплатно. А вот по поводу движения машин в центре у меня ко градоначальнику вопросы есть.

– Адрес скажи, – остановила я Василия.

– Сбросил на телефон. Идти недолго, повезло тебе.

Вася оказался прав. До двери библиотеки я дошагала быстро, открыла дверь и сразу увидела женщину в строгом костюме.

– Вы Виола? – быстро спросила она. – Пойдемте в мой кабинет, там поговорим.

Заведующая открыла дверь.

– Устраивайтесь. Не шикарно здесь, но уютно. Чайку? Кофейку? У меня машинка есть! Сама не люблю кофе, держу для гостей. К нам порой писатели приходят. Популярных не заманить, мероприятия в библиотеках для них несерьезны. Ну сколько мы народу созвать можем? Человек тридцать – предел!

Дверь приоткрылась, появилась симпатичная бабушка с книгой в руке.

– Лидочка, – начала она, потом ойкнула и, проявив несвойственную пожилым людям прыть, умчалась.

– Это Алина Михайловна, заведующая читальным залом, – пояснила Лидия Карловна. – Память у нее дырявая. Забывает, что хотела!

Дверь опять распахнулась. Теперь я увидела двух женщин. Одну – очень худую, другую – излишне полную. Вторая держала пакет. Обе молча застыли на пороге.

– Тоня, Алевтина, – нахмурилась Лидия, – у нас серьезный разговор. Потом расскажете, что между вами опять случилось.

Стройная сотрудница прошептала:

– Все нормально. Нет проблем.

– Зачем тогда осчастливили своим появлением? Аля, говори, – велела начальница.

– Ну… – протянула толстушка, – Алина Михайловна плохо видит…

– Да, – прибавила ее худенькая коллега, – вот и…

Воцарилось молчание.

– Спасибо за сообщение о слабых глазах Савельевой, но это не новость. Обсудим покупку хороших очков для нее позднее, – процедила заведующая. – А сейчас мы с Виолой хотим побеседовать вдвоем.

Антонина и Алевтина переглянулись, потом первая прошептала:

– Хотели эсэмэску сбросить, но вы их никогда не читаете.

Алевтина быстрым шагом приблизилась к столу, за которым сидела начальница, и начала шептать ей на ухо.

– Ой, перестань! – отмахнулась Лидия.

Антонина вытащила из пакета книгу и обратилась ко мне:

– Вы писательница Арина Виолова? Вот тут на обложке фото. Видите? Алина Михайловна уверена, что это именно вы. И нам теперь тоже так кажется.

Глаза заведующей округлились. Делать нечего, я улыбнулась.