«Я могу напоить вас до отвала, – сказал Форт, уже не прибегая к помощи своей волшебной дощечки. – Вся эта вода достанется только вам троим».

«Чего ты хочешь взамен? – наконец соизволили отозваться чудовища. – Что нам нужно сделать, чтобы пить, пить, расти и снова пить, пить, пить?..»

«Я хочу, чтобы вы защищали нас в водах Полуночного моря», – сказал Форт.

Как я уже говорил, доверять охрану своих территорий магическим существам, обладающим самосознанием, чревато. Идея создавать полчища чудовищ была эффективной лишь до поры до времени. Колдунья не могла уделять своим охранникам должного внимания, и это привело к неминуемому сбою в ее, казалось бы, отлаженной системе защиты. Слабым местом в обороне Колдуньи оказалась ненасытная жадность полуночных эфиров, а также их врожденная тяга к взаимообмену. Услужить человеку, а за это получить живительную влагу и возможность обретать и поддерживать форму? Почему бы и нет? Эти особенности делали полуночных чудовищ чрезвычайно уязвимыми для тех, кто разбирался в механике магии и был одаренным от природы дельцом.

Вот так, спустя всего полчаса после отбытия своего капитана команда «Вороньей песни», руководствуясь координатами, которые Локон выведала у меня и нанесла на карту, двинулась к острову со спасательной миссией.

Внезапное появление корабля дало Локон столь необходимую ей в ту минуту фору. Колдунья была вынуждена пересмотреть свои приоритеты и сосредоточиться на запуске защитных протоколов, чтобы предотвратить вторжение незваных гостей. Выкрикивая приказания, она настолько увлеклась, что на какое-то время позабыла о Локон и Чарли.

– И все-таки они последовали за мной, – сказала Локон. – Ох уж эти замечательные дурни! Говорила же я, держитесь подальше!

– Что-то ты не особенно ценишь собственные советы, – заметил Чарли. – Иначе не отправилась бы спасать меня.

Локон взглянула на Чарли, сидевшего у нее на ладонях, и ее глаза затуманились от слез. Гора задрожала, угрожая сходом лавины. Догадка, все это время разгоравшаяся на горизонте подсознания, засветилась во всю силу. Локон поняла, что она еще бо́льшая дура, чем Дуги. И не потому, что отправилась спасать Чарли, а потому, что запрещала им следовать зову сердца.

– Нужно что-то делать, – зашептала Локон. – Я должна предупредить команду о скалах, что скрываются под спорами. Наверняка есть способ связаться с ней!

Они одновременно посмотрели на стол Колдуньи. А если точнее, то на волшебную дощечку, которая показывала палубу «Вороньей песни» и пальцы Форта. Пока Колдунья пробуждала ото сна свою армию, Локон схватила дощечку и попыталась понять, как та работает.

– Э-э-э… дощечка? – обратился Чарли, вглядываясь в экран. – Можно ли через тебя поговорить с людьми, которых ты показываешь?

– Видеоконференция начата! – радостно отозвалась услужливая дощечка.

Форт, не расстававшийся со своим средством коммуникации, встал со стула. Он всю ночь подпитывал трех полуночных чудовищ водой через Узы Люхеля. «Воронья песнь» приближалась к острову, и Форт, упрочив связь, управлял полуночными существами и отражал атаки других чудовищ, так и норовивших забраться на палубу. Из всех стычек он вышел победителем, потому что имел в запасе достаточно воды, чтобы латать раны и отращивать новые части тела из морских спор. К утру он почувствовал себя несколько странно. И неудивительно, ведь за ночь он выпил несколько бочек воды, а жажду так и не утолил.

Теперь же, когда выдалась минутка отдыха, он устало опустил подбородок на грудь и вдруг озадаченно нахмурился. Та сторона волшебной дощечки, на которой он обычно читал слова собеседников, сейчас показывала Локон и крысу, почти вплотную прижимавшихся к камере в башне Колдуньи.