Привыкает народ к дисциплине.

Я же про себя продолжаю предаваться размышлениям.

Биться стенку на стенку — отвратная идея. Кабаны нас сметут, а их пехота добьёт выживших. В открытом поле также не сразиться.

Армией на армию не пойти — их больше и они лучше вооружены.

Остаётся искать их слабые места. Благодаря Малому, у нас есть небольшая фора. Мы их видели, а они нас, ещё нет. Узнать о них больше и нанести удар в слабое место.

Ясное дело, Стайса несёт в себе элемент неопределённости. Но сможет ли она найти дорогу до долины вновь?

Очень большой вопрос. Богучаров заявлял, что именно он показывал дорогу, пока как жрица отдыхала в паланкине, не обращая внимания на дорогу.

Шансы еще есть и они не так уж и малы, как я полагал изначально. У нас есть чертёж кузницы, а как только мы освоим металл, так сможем догнать их по вооружению. Именно это теперь — стратегическая задача.

Вся надежда на Тохича. Найдёт он железо или любую другую руду — и вероятность нашей победы серьёзно вырастет вверх.

У них наездники, да? Что же, полагаю, фаланга с пиками станет неприятным сюрпризом даже для столь тяжёлой кавалерии!

Но главное, разведка. И я знаю, кому её поручить. Где же ты шляешься, Майор?

* * *

Следующее утро начинается с полноценной планёрки.

Ситуация развивается так, что из-за растущего количества задач при скромном количестве людей, я вынужден постоянно лавировать.

Перво-наперво следует подсчитать точное количество работников, необходимых для стабильной работы нашей плантации.

И теперь под «плантацией» я имею в виду вообще все продовольственные отрасли. А это: поле картошки, растущий яблочный сад, загон тушканчиков и поросят, а также ряд небольших посадок огородной мелочи, типа горчицы, петрушки и другой мелочи, которую отыскали по долине и пересадили компактно.

Последние саженцы принадлежали исключительно к мусорному рангу, а потому никаких бонусов не приносили и выращивались только для того, чтобы разнообразить наше меню.

Вторым блоком становится наша производственная часть. Именно она становится в ближайшее время приоритетным направлением.

Ведь сколь долго мы ещё будем бегать в одних шкурах, да вооружены палками-самотыками⁈

На планёрке собирается весь наш «старый состав» свободных жителей, кроме Малого. Тот уже с утра ушёл с Тохичем на поиски глины и руд.

Новости уже разнесло «сарафанное радио», поэтому повторять информацию о соседях на кабанах не имеет никакого смысла.

— Итак, товарищи, — я, почему-то копирую тон какого-то директора из старого фильма ещё советских времён, — прежде всего, хочу поздравить наших коллег с новыми назначениями. Хрюшу я назначаю своим заместителем по хозяйственной части, Михалыча, по перспективному развитию. Если кратко, Хрюша теперь, наш завхоз, а Михалыч — прораб. Похлопаем, товарищи!

Хлопаем только мы с Мышью. Михалыч важно раскланивается и светится как новый рубль, Хрюша же сидит, поджав губы. Дуется. Причём все свои обязанности выполняет, и рабочие, и супружеские. Но демонстрирует огорчение.

— И прежде всего объявляю, что в связи с угрозой вторжения у нас приоритет переносится на строительную часть, — продолжаю, — всех рабочих перекидываем на стройку к Михалычу.