— Так он ваш? — наигранно удивляюсь, — я думал дурачок какой-то. Что же вы бедолагу без присмотра отпускаете?

— Он тебе предложение сделал…

— Он сделал, я отказался, ещё вопросы есть?

— Нехорошо так поступать с теми, кто желают тебе только хорошего, — качает головой мужчина, — И за такое пренебрежение придётся заплатить.

— О, дай угадаю, мне придётся отдать вам весь сидр бесплатно? — скалюсь ему в лицо.

Чистый рэкет какой-то, в самом деле. И средь бела дня, совершенно не стесняясь невольных зрителей.

Похоже, для Вавилона это норма.

Быки херовы. Привыкли гнуть местных торгашей. После Джо-Джо, Хищника или оборотней, какие-то они… нестрашные.

— Зачем же так грубо? — расплывается в улыбке наглец, — Всего-то наш налог теперь будет в полтора раза больше, чем раньше.

— Иди нахер, — говорю.

— Что⁈ — глаза у него лезут на лоб.

— Ты ещё и глухой? — ухмыляюсь, — такой же убогий, как твой приятель⁈

Нарочно провоцирую его, и этот придурок ведётся.

Он хватает один из кувшинов с сидром. После чего прилюдно его распечатывает и делает насколько глотков.

После чего, скривив лицо, выливает содержимое на землю.

— Ну и кислятина, — комментирует он.

— С тебя 15 Е-баллов, — равнодушно говорю я.

— С хрена ли? — демонстративно плюёт мужчина себе под ноги. Троица за ним гнусаво гогочет, — Твой дерьмовый сидр стоит только десятку.

— Так, десять за испорченный продукт, — поясняю ему, — а пятёрка сверху за то, что взял без очереди.

— Чёрта с два мы тебе заплатим. Сам выставил дрянной товар, а ещё и цену себе набиваешь. Да такое фуфло никто в здравом уме не купит, стоит только нам всем рассказать правду о нём! — и тут он переходит на полушёпот. Так, чтобы только я мог его расслышать, — Только если кое-кто не принесёт публичные извинения и не отдаст нам «бракованную» партию, как и договаривались.

— У меня есть идея получше, — хмыкаю я, — Парни, окружите этих полудурков!

Фаланга моментально, только и ожидая моего приказа, срываются со своих позиций и оттесняют толпу игроков на безопасное расстояние, вместе с тем беря напрягшуюся четвёрку в плотное кольцо.

Двенадцать вооружённых солдат это вам не хухры-мухры.

— Вы вообще знаете, с кем связались⁈ — наглец хватается за топор, но его голос от волнения даёт «петуха».

— Я уже сказал твоему дружку до тебя. Скажу и тебе. Спарта не склоняет голову перед такой швалью, как ты и твои «уважаемые люди». А за свои действия следует отвечать! Третий, Пирра, свяжите этого идиота.

Кивнув дуэту, я наблюдаю, как нарушителя спокойствия легко кладут на лопатки и прижимают к пыльной дороге, даже не дав и шанса выдернуть своё оружие и оказать сопротивление.

Троицу, что была вместе с ним, фаланга оттесняет щитами. Те и сами не особо-то сопротивляются. Понимают, что против втрое превосходящей по численности группы им не выстоять.

Особенно, когда эта группа не какие-то гражданские и безоружные жители Вавилона.

— Ведём этого идиота к Аббасу, — командую, — он взял товар и не заплатил. Следовательно — вор.

Приказав половине фалангистов продолжить охрану прилавка, с остальными отправляюсь к начальнику стражи на рынке. И раз его подчинённые до сих пор не вмешались в происходящее, значит, они либо в доле, либо предпочитают не связываться с отдельными товарищами.