Ничего интересного на каналах не показывали, и Дана выключила телевизор. Номер ее был оснащен камерами наблюдения и микрофонами, на тот случай если Бенедикт попробует здесь на нее напасть. Из одного из микрофонов донеслось тихое потрескивание — это Стефани Робб проверяла, нормально ли он работает.

— Ты меня слышишь? — спросила она.

— Да, прекрасно.

— Бенедикт все еще у себя. Наверное, дожидается наступления темноты, чтобы сделать свой ход.

— Надеюсь, ждать осталось недолго. От этого проклятого парика зудит вся кожа на голове.

— Эй, а кто тебе говорил, что у копов легкая работа? — прорезался голос Санторо. — Ладно. Сообщим, когда он будет выходить.

— Бенедикт — это человек, наделенный многими талантами, — вскоре после захода солнца заметила Робб. — Только что угнал со стоянки у торгового центра машину и направляется к тебе. Там, Дана, мы его и возьмем.

— Только постарайтесь прикрыть меня хорошенько. Как-то не очень хочется стать следующей его жертвой.

— Не волнуйся. По всему отелю расставлены полицейские в штатском. Просто сиди тихо и жди, когда он появится.

Через двадцать минут зазвонил телефон.

— Да? — ответила Дана.

— Привет, это Чарльз Бенедикт. Я тут занимался разными другими делами, сейчас собираюсь в тюрьму, переговорить с Хорасом. Документ при вас?

— Да.

— Вот и замечательно. Я на стоянке у отеля. Сможете спуститься? Это сэкономит время. Ведь я знаю, вы торопитесь выяснить, что скажет Хорас.

— Спасибо вам, мистер Бенедикт.

— Просто Чарли.

— Где вы припарковались?

— Выходите через заднюю дверь. Не хочу, чтобы кто-нибудь вас заметил. Я в предпоследнем ряду. Помигаю фарами, как только вы выйдете.

— Уже иду.

— Слышали? — спросила Дана Робб, повесив трубку.

— Сейчас произведем перестановку сил. Дайте нам пять минут.

Дана смотрела на часы. Прошло пять минут, и она накинула поверх жакета и юбки плащ. Затем схватила копию добрачного соглашения, которую изготовил Джек Пратт, вышла из номера, и спустилась на лифте на первый этаж.

Дана неспешно шагала к заднему выходу из отеля. Народу в вестибюле перед ним было немного, еще меньше — на автомобильной стоянке. Едва она вышла, как откуда-то из дальнего ряда несколько раз мигнули и погасли фары. Находилась машина в практически неосвещенном секторе — там царила непроглядная тьма. Дане это не понравилось, все остальную площадь парковки освещали яркие лампы на фонарных столбах.

Чарли угнал подержанную «Хонду», стояла она одна в предпоследнем ряду. Уже подходя к машине, Дана заметила устилавшие асфальт осколки битого стекла. Как только она приблизилась, дверца распахнулась, и ей навстречу вышел Бенедикт. На нем был свитер с капюшоном, джинсы и поношенные спортивные туфли. Дана знала: именно так он был одет, когда ездил к лавке Эрнста Бродского, и ничуть не удивилась. Но недоуменно нахмурилась, притворившись, что не ожидала увидеть успешного адвоката в таком виде.

— Привет, — произнес Бенедикт с обезоруживающей улыбкой. И кивком указал на конверт из плотной коричневой бумаги, который держала Дана.