Нелла встала и выждала, пока за спиной не уберут стул, а потом скомандовала:

– Внесите его ко мне, в комнату.

И отодвинулась от носилок.

Ултан первым ухватился за края кушетки. Судя по решительному виду оборотня, он собирался оставаться рядом с сородичем на всё время манипуляций женщины эльфа с Камхеа. Если ему Нелла разрешит, конечно… Додумавшись до этой мысли, Кира мысленно повторила: «Манипуляции… Нелла – известный в своём деле манипулятор силой, как сказал Ратмир. Она, случаем, не готовится к какому то ритуалу манипуляции? Поэтому допрашивала Камхеа? Но в чём может ей помочь оборотень, видевший лица лишь некоторых бандитов с вертолёта? И зачем ей так важно, чтобы он видел всю толпу, если он запомнил только двоих – перед лицом смерти?!»

Нелла тем временем открыла дверь в занятую ею комнатушку, и Кира, полная любопытства немедленно поспешила заглянуть в неё. И оторопела.

Узкая, почти коридор, комнатушка сияла радостным и тёплым коричневато жёлтым светом, которые источали кусочки янтаря. Эти кусочки облепили все стены и даже потолок комнатушки. Причём, налюбовавшись, девушка пришла к выводу: пусть даже эти янтари усеивали стены и потолок комнатушки вроде как в хаотичном узоре, но они явно между собой сообщались. Вот только связующие их нити видела лишь Нелла. Она, в отличие от всех находившихся в это квартире, видящая

Чувства на лицах мужчин, вошедших в комнатушку, не поддавались определению. Камхеа, всё ещё лежавший на носилках, просто открыл рот, созерцая невиданную красоту: кажется, для него янтарные кусочки являлись только украшением помещения. А остальные, помнившие ранние вопросы женщины эльфа о раненом, вероятно, начинали страшиться того, что может здесь происходить.

Едва только мужчины поставили носилки на два стула, Нелла велела:

– Оставьте его здесь и выходите.

И, как ни странно, вышла следом, плотно закрыв за собой дверь. После чего так же величественно последовала на кухню, пробормотав, что хочется пить.

Отошедший чуть в сторону Ултан осторожно кивнул Кире, а когда она спокойно, словно невзначай, подошла к нему, взволнованно попросил её:

– Кира, узнай, что она хочет с ним сделать! Я только вроде к ней привык, но сейчас она меня опять пугает!

– Ултан, ты же понимаешь, что она ничего не скажет до тех пор, пока сама не захочет. И не бойся. Я сама удивлялась, пока она не сказала, чтобы Камхеа перевязали раны и накормили его. Если она потребовала за ним поухаживать… – девушка с трудом удержалась от усмешки, – значит, она точно не собирается приносить его в жертву.

Оборотень вздохнул.

– Тебе смешно, а я никогда до сих пор так не боялся эльфов…

– Давай так, – предложила Кира. – Как только Нелла соизволит мне что то рассказать, я тут же втихаря перескажу её слова тебе. Сойдёт?

– Сойдёт, конечно…

Нелла вернулась из кухни и в гробовом молчании всех присутствующих ушла в комнатушку. Кира стояла близко к двери – и заметила таки, что свет янтарных камней будто заключил всё ещё лежавшего на кушетке носилках Камхеа в некий центр… Поскольку дверь женщина эльф опять за собой закрыла плотно, Кира через всю гостиную, н вполголоса спросила:

– Лайл, Катель, зачем нужен Нелле оборотень? Расспрашивала она его при вас. Может, ты, Катель, что то понял из её вопросов?

Если Лайл молча покачала головой, то Катель боязливо ответил:

– Мне кажется, она собирается манипулировать силой. Но при чём тут оборотень… – и он тоже покачал головой.

– При чём тут оборотень и её вопросы о запомнившихся ему лицах… – повторила, расширив его ответ, девушка и сама вздохнула.

Но, отворачиваясь от юного эльфа, она успела заметить, как он вдруг вскинул подбородок, словно догадавшись, что хочет сделать Нелла.