— Думаю, со мной все будет в порядке, — сказала она.

— Где находится твой офис?

— Угол Уолл-стрит и Нижнего Бродвея.

— Ты ведь там живешь? На Нижнем Бродвее?

— В тринадцати кварталах. Обычно я хожу на работу пешком.

— Только не завтра, — сказал он. — Я тебя отвезу.

— Отвезешь? — удивленно спросила она.

— Вот именно, — заявил он. — Тринадцать кварталов пешком? Забудь об этом, Джоди. В доме ты будешь в относительной безопасности, а вот на улице тебя смогут схватить в любой момент. А твой офис? Он надежен с точки зрения безопасности?

Джоди кивнула.

— Туда никто не может войти, не договорившись предварительно о встрече и не показав документы.

— Хорошо, — сказал он. — Я проведу в твоей квартире всю ночь, а утром отвезу на работу. Затем я вернусь сюда и навещу стариков Хоби. Ты будешь оставаться в своем офисе до тех пор, пока я за тобой не приеду, чтобы забрать домой. Согласна?

Джоди молчала. Ричер прокрутил в памяти все, что он ей сказал.

— Надеюсь, у тебя есть свободная комната?

— Конечно есть, — ответила она.

— Итак, ты согласна?

Джоди молча кивнула.

— Ну, что будем делать? — спросил он ее.

Джоди повернулась на своем сиденье, порыв воздуха из вентилятора подхватил ее волосы и бросил ей в лицо. Она пригладила их рукой и убрала непослушную прядь за ухо. Затем оглядела Ричера с ног до головы и улыбнулась.

— Поедем в магазин, — сказала она.

— В магазин? Зачем? Что тебе там понадобилось?

— Мне ничего, — ответила она. — А вот тебе это необходимо.

Ричер с беспокойством посмотрел на нее, не понимая, что она имеет в виду.

— А что мне нужно?

— Одежда, — пояснила Джоди. — Ты не можешь прийти к этим людям, представляя собой нечто среднее между бродягой и дикарем с Борнео.

Затем она наклонилась и коснулась кончиком пальца дырки в его рубашке.

— И еще нам нужно заехать в аптеку и купить мазь, чтобы обработать ожог.

— Что, черт подери, ты вытворяешь? — заорал финансовый директор.

Он стоял на пороге офиса Честера Стоуна, расположенного двумя этажами выше его собственного кабинета, изо всех сил цепляясь обеими руками за дверь и тяжело дыша от возмущения и усилий, которые ему пришлось приложить, чтобы сюда подняться. Он не стал ждать лифта и примчался по пожарной лестнице. Стоун, ничего не понимая, смотрел на него.

— Идиот, я же тебе говорил, чтобы ты этого не делал! — завопил финансовый директор.

— Чего не делал? — спросил Стоун.

— Не выставлял акции на продажу! — завизжал финансовый директор. — Я тебе говорил, чтобы ты этого не делал!

— Да я ничего такого и не делал, — ответил Стоун. — Наших акций нет на рынке.

— А вот и есть, — возразил финансовый директор. — Большой сочный кусок, который сидит там и ничего не делает. А все шарахаются от него, словно он радиоактивный.

— Что?!

Финансовый директор перевел дыхание и посмотрел на своего работодателя. Он увидел маленького, помятого человечка в дурацком английском костюме, сидевшего за столом, который один стоил сейчас в сто раз больше, чем все чистые активы корпорации.

— Ты, задница, я же тебе говорил, что этого нельзя делать ни в коем случае. С таким же успехом ты мог бы абонировать целую страницу в «Уолл-стрит джорнал» и написать там: «Эй, ребятишки, моя компания стоит меньше кучки дерьма».