Остальные тоже об этом как-то не подумали.

— Софья Николавна, мы вам вернем, — пообещал Молодцов. — Честное слово, вернем.

— Не надо мне ничего возвращать. Я кучу денег в казино выиграла. Вы лучше дайте честное слово, что будете как следует учить русский язык и литературу.

— Даем честное-пречестное слово! — загалдели все.

— Вот это совсем другое дело. — Сонечка положила деньги в сумочку. — Идемте, сыщики.

И ребята с учительницей поспешили в гостиницу.

Гостиница «Санкт-Петербург» находилась в центре города, на Пироговской набережной. И уже через полчаса Софья Николаевна в окружении своих учеников стояла у стойки, за которой сидел лощеный портье.

— Скажите, пожалуйста, — спросила у него Сонечка, — у вас есть свободные номера?

— Есть. Но только номера «люкс». Четыреста долларов в сутки.

— Сколько? — ахнула Катька.

— Не слабо, — сказал Ромка.

— Ну так берете? — надменно смотрел портье на Софью Николаевну.

— Беру, — не моргнув глазом ответила учительница.

Взгляд у портье сразу же стал подобострастным.

— А на каком этаже желаете, девушка? Советую взять повыше. У нас очень живописный вид на Неву.

— Пожалуй, я возьму пятый этаж. Ведь там номера с пятерки начинаются?

— Да, да, — подтвердил портье. — 502-й номер вас устроит?

— Устроит, — ответила Сонечка.

Глава XXXII Катька сочиняет стихи

— Мамочка родная, — воскликнула Ореш-кина, когда они вошли в 502-й номер. — Вот так апартаменты!

И действительно, назвать роскошное помещение гостиничным номером просто язык не поворачивался. Две спальни, кабинет, гостиная… Везде дорогая мебель, ковры на стенах, ковры на полу, картины в позолоченных рамах, зеркала…

Толстиков заглянул в одну из спален и увидел широкую кровать размером чуть ли не с боксерский ринг.

— Ничего себе кроватка, — сказал Леша. — Да на ней в футбол играть можно.

— Не будем зря терять время, — деловито произнес Димка. — Я сейчас сгоняю домой за отмычками, и мы с вами, Софья Николавна, ночью обыщем 510-й номер. Если, конечно, там никого не будет.

— Тебя, Димыч, до ночи сто раз отсюда вытурят, — заметил Ромка.

— Не вытурят. Что, дежурная помнит, кто живет в гостинице, а кто в гости пришел? Вон какой этаж большущий.

— Я однажды жила в гостинице, — припомнила Сонечка. — Правда, давно. Тогда гости могли находиться в номере только до одиннадцати вечера.

Димка тряхнул головой.

— Ладно, посмотрим. А вы пока идите к дому Соломатиной, — обратился он к ребятам. — Вдруг Виглянский с Гороховой-Даниловой куда-нибудь намылятся. Слежка не должна прерываться ни на один день.

— Ой, Димочка, — ласково проворковала Катька, — а можно мне здесь остаться? Так хочется побыть в этом красивом номере.

Димка конечно же разрешил Катьке остаться.

Мальчишки вышли на улицу и разошлись в разные стороны. Но когда Молодцов, прихватив из дому отмычки, вернулся к гостинице, он снова увидел Ромку и Лешу.

— Вы что тут делаете? — удивился он.

— За Гороховой-Даниловой следим, — ответил Ромка. — Я позвонил Лике, и она сказала, что Гоша сегодня никуда не собирается. А Горохова-Данилова решила сходить в Русский музей.