Лена пожала плечами:

– Это тебе виднее, вы же по этому поводу общались.

– Ну а ты сама этого Максима видела?

Подруга прыснула:

– Что ты, что ты! Нет! Только фото и то мельком. Все переданное тебе мною – вольный пересказ Риткиных похвал любимому, под вино и коньячок. Она так ревниво охраняла свое счастье, что даже на свадьбу никого не пригласила. Чтоб не сглазить.

– Так она еще и суеверная?

Вместо ответа Ленка только глаза закатила.

– Слушай-ка, ты же в друзьях у Бабы Риты? В соцсетях.

– Ну да.

– А страничку ее показать можешь? Все равно где.

– Легко.

Усевшись за мой ноут, Ленка уже привычно вошла в соцсеть и вывела Баба-Ритин паблик. По ходу, моя подруга была совершенно права: наша общая знакомая впадала в идиотизм лишь в том, что касалось Максима.

Почему я так решила? Ну хотя бы потому, что из информации, фото и прочего хлама, которым обычно наполняют свои виртуальные выставочные залы, никак не прослеживался уровень ее благосостояния. Цветочки на даче, котики, слезливые позитивные стишатки, записи шансона – не более того. Вот захочет какой-нибудь въедливый налоговик уловить ее на нетрудовых доходах – ничегошеньки ему не обломится.

Скажем, я-то могу догадаться, что на заднем плане шикарного корпуса Бабы Риты явно Аравийское море, но для неискушенного глаза вполне сойдет за Бердянск. Или вот классическое фото, обнимашки с деревом – сойдет за дуб, хотя я-то вижу, что это баньян. В общем, очень все аккуратненько и ладненько.

По всей видимости, тот, кого интересовали ее деньги, умел искать и систематизировать информацию, в том числе и в других источниках. Весьма разумный, можно сказать, научный подход. Научный не научный, но системный точно.

– А что вообще о Бабе Рите пишут в рунете? Набери, пожалуйста, в поисковике «Гутман Маргарита Николаевна».

– Зачем? – удивилась Ленка. – Я тебе и так расскажу. Что хочешь узнать?

– Понимаешь, не всем так везет – иметь тебя в подругах. Давай помониторим открытые источники, все равно же у ноута сидишь.

Изучение, против ожиданий, мало что дало. В целом, ничего, кроме уже виденных фоток из соцсетей, стишат и шансона.

– Не понимаю. Она говорила, что про нее много писали, а тут ничего нет.

– Есть, есть. Писали про нее, и немало, – подтвердила Ленка с ехидцей, – я же говорю: что нужно знать – меня спроси. Про нее корреспонденции давали не в центральной прессе, а в районных газетках. А их-то зачем оцифровывать?

– Ты, стало быть, читаешь?

– Я все читаю, – заверила Ленка, – стараюсь не пропускать ничего, вдруг что интересное мимо пройдет.

– Логично, – согласилась я, – тогда давай излагай.

– Погоди, дай дохвастаться. Сейчас я тебе еще первоисточник покажу.

Пошуршав по «паутине», она вывела красивую газетную полосу, сплошь на французском.

– Вот тебе райгазетка швейцарского кантона Невшатель, – со скромной гордостью презентовала моя образованная подруга, – а вот наша красавица.

В самом деле, пышущий здоровьем и жизнелюбием обширный лик Бабы Риты красовался на самом видном месте, диссонируя с элегантными и строгими иллюстрациями, геометрией и прочими атрибутами буржуазной упорядоченности, где даже горы дикие высятся по ранжиру.

В статье, как поведала Лена, излагалась история прямо-таки швейцарской (тарасовской?) мечты. Оказывается, в 2015 году честный швейцарский парламент предписал честным отечественным банкирам искать наследников заброшенных вкладов. (То есть лица, их открывшие, не выходят на связь с банком в течение десяти лет, а потом еще полвека вклад никто не трогает.