– Нет, не надо, мне недалеко.

Вот еще один отрезок пути преодолен.

Выпив горячего кофе из автомата, Максим снова приободрился, несмотря на то что в животе немедленно заурчало и снова тошнота подкатила к горлу. Он остановился, прислонившись к столбу. Утренняя бабка прошуршала мимо, проворчав: «Нажрутся с утра, ни стыда, ни совести», утренний же работяга завистливо цыкнул дуплом в зубе.

«Ничего, нормально. Сейчас… что тут с магазинами?»

Собрав волю в кулак, одолел подземный переход, поднялся наверх, глянул на часы: без пяти десять. Как раз есть время обновить гардеробчик, в таком виде до места он долго будет чапать, каждый патруль будет его.

Предстоял непростой квест: купить в Москве приличную одежду, будучи в робе «СМУ-12» и шлепках. Покурить бы, да неохота судьбу искушать, вон очередной полисмен косит лиловым глазом.

Максим завернул в первый попавшийся открытый бутик.

Продавщица, доводившая до совершенства витрину с новой коллекцией, повернулась на звонок, сопровождающий открывающуюся дверь, улыбнулась и ужаснулась.

– Уходите. Немедленно, – пролепетала она, – полицию вызову.

– Не надо, – попросил Максим, завладевая ее ручкой и целуя, – не буду я вас грабить и обижать не буду. Я просто из больницы. Нужны костюм, сорочка, галстук и все такое. Можно?

И видя, что девушка, пусть и попав под обаяние, продолжает внутренне трепыхаться и переживать, извлек из сумки и показал вскрытую пачку банкнот.

Продавщица, неуверенно улыбнувшись, предложила кофе.

После получаса общения с щедрым, некапризным и понимающим клиентом девушка совершенно успокоилась. Более того, оказалось, что если бомжа-наркомана вытряхнуть из мерзкого тряпья и облачить в приличный костюм, то получится вполне ничего себе мужчина.

– Совсем другое лицо, – заметила она, хлопоча вокруг него, – вам же нравится? Вам лучше?

Он прямо глянул на нее в зеркало, она вспыхнула, отвела взгляд.

– Не то слово, – заверил Максим, трудясь над узлом галстука, придавая какой-то особый, одному ему ведомый смысл.

Закончив, придирчиво изучил результат и уверенно сообщил, что вообще все в полном порядке. Продавщица, снимая с его рукава несуществующую пылинку, пребывала в восторге. За много лет работы в этой сфере она неоднократно видела, как человека делает одежда, но чтобы переделать на все сто процентов – такое она видела впервые. Она заметила совершенно искренне, от чистого сердца:

– Великолепно. Все как на вас пошито. Вы, если позволите, выглядите просто невероятно.

– В самом деле? Спасибо. Если бы я предложил вам руку и сердце, то вы…

– Согласилась бы моментально, – твердо заверила она, – разве что тапочки ваши…

– Ну да. При таком костюме можно и в шлепках, но лучше все-таки туфли. У вас есть?

Она развела руками, увы, мол.

– А поблизости?

– Боюсь, из хороших магазинов ничего не осталось. Если вас устроит нечто из среднего класса, то кое-что в подвале за углом.

– Поищем. А теперь к основному. Сколько с меня?

Девушка, пощелкав на калькуляторе, назвала сумму, сравнимую с недельной плановой выручкой, тот расплатился наличными и присовокупил пятерку за обслуживание:

– Вы мне очень помогли, – и достал из борсетки флакон, от вида которого у искушенной продавщицы глаза полезли на лоб. Видела эти духи однажды, в каталоге «Бентли», что-то вроде пяти штукарей евро за сто миллилитров.

– Если позволите, – она благоговейно отобрала флакончик, извлекла из закромов единственно возможный в данной ситуации платок и, оросив его драгоценными ароматами, вложила в нагрудный карман.