– Чтобы уж наверняка, – стал оправдываться Петешев.

– Чего застыл, как статуя? А теперь бабу и ребенка тоже в подпол.

Большак безучастно наблюдал за тем, как сначала ребенок, а потом Заславская с громким стуком проваливаются в стылую пасть подпола. Развязал кисет с махоркой, чтобы закурить, но раздумал – не самое подходящее время, чтобы табачком баловаться. Затянув накрепко горловину кисета, сунул его в карман и посмотрел на Дворникова:

– А ты, Иван, молодец, не забуксовал! Не ожидал я от тебя… такого подвига! Кровь пришлось пустить.

– Даже сам не пойму, как оно получилось. Как-то само сработало, – глухо произнес Иван Дворников.

– Ясное дело… Разведка! Все хорошо прошло! Теперь уходим. Быстро! Здесь нам больше делать нечего.

Вышли в пустынный двор, освещенный безоблачным солнцем. Незамеченными пролезли через лаз и вышли к оврагу, заросшему густым орешником. За лицо неприятно хватала липкая паутина. Преодолев крутые глинистые склоны, они вышли на соседнюю улицу, откуда направились к Петешеву.

Большую часть золота Василий оставил себе.

– Вот это золотишко я себе забираю… Без обид? – испытующе глянул он на подельников. Не дождавшись возражений, довольно заключил: – Вот и отлично! А теперь по хатам! Отсыпаться!

* * *

– Это все твое.

Василий извлек из внутреннего кармана плаща холщовый мешочек и с торжествующим видом высыпал из него на кухонный стол золотые ювелирные изделия. На лице жены не обнаружил того пугающего выражения ужаса, каковое проявлялось первоначально. «Присмирела, моя голубка, значит, понравился подарок», – с удовлетворением подумал он.

– Откуда ты все это взял?

– Это уже неважно. – Взяв со стола серьги, Василий повертел их в руках. Бриллиантовые грани, ловя свет, сверкали. – Такой вещицы во всей Казани днем с огнем не сыщешь! Только сразу на себя не цепляй… Пусть сначала все в городе уляжется, а уже потом носи! Остальное рыжье отнесешь матери, пусть продаст по знакомым. – Он сунул руку в карман и вытащил несколько золотых монет. – Да, – удовлетворенно протянул он, – с такими деньгами можно жить. Может, мне свою охрану на фабрике забросить? – посмотрел он на жену, ожидая ответа.

Надежда лишь неопределенно повела плечом, глаза ее говорили: «Ты – муж, сам и решай!»

– Пожалуй, не стоит торопиться, – отрицательно покачал он головой после некоторого раздумья, – мусора тогда начнут присматриваться… А так работа у меня не пыльная: ходишь по территории с наганом, страх на всех нагоняешь! – Приобняв жену за плечи, добавил: – О жинке своей думаешь, о том, какая она ласковая и верная…

Глава 11

Ноги в руки и валяй

На следующий день у Хрипунова была смена. На службу он явился как ни в чем не бывало – держался бодро, настроение было приподнятым. Встретив у проходной двух знакомых девушек, пожелал им богатых и красивых женихов. Напутствие понравилось обеим, и они, дружно рассмеявшись, поблагодарили. А у пристроя, где размещалась охрана, он повстречал начальника отдела кадров Васильеву. Выглядела женщина удрученно.

– Марья Николаевна, чего мимо-то проходишь? – поинтересовался Хрипунов. – Или обиделась на что-то?

Подняв голову, женщина растерянно поздоровалась:

– Здравствуй, Вася…

– Ты уж извини меня, что не сумел зайти, занят был, забегу в следующий раз.

Женщина лишь отмахнулась.

– Настроения у меня никакого нет.